Читаем С Евангелием полностью

Удивительное и непостижимое смирение было в жизни Сергия преподобного! Не он ли достоин большего чина в Церкви Божией?! Не его ли избрал святой Алексий, митрополит Московский, своим преемником на Московский престол?! Не ему ли стать одним из первых святителей Московским и всея Руси?! И кажется, по-человечески, тогда преподобный Сергий больше сделал бы пользы для Церкви и родного народа. Нет! Он все это смиренно отверг. И когда святой Алексий, митрополит Московский, вызвал его в Москву, стал ему предлагать золотой наперсный крест, а потом и архиерейство, то как глубоко огорчилась душа смиренного старца! Он даже не знал, как от всего этого отказаться. Успокоившись, преподобный смиренно, но твердо сказал: “В юности, святый Владыко, я не был златоносцем, и в старости хочу остаться в нищете”.

Святой Алексий глубоко уважал преподобного Сергия и не стал настаивать на его повышении. Он знал, что этим только огорчишь святого старца, а не утешишь. Каков дивный пример смирения и добровольной нищеты дает преподобный Сергий нам, своим нынешним ученикам, особенно монашествующим! Как теперь все делается совершенно наоборот! Едва успеет у монаха отрасти пушок на усах и бороде, как он уже надевает “греческую” шелковую рясу и мечтает о золотом кресте. Да что там! Ему уже снится архиерейская панагия. Он уже начинает набирать архиерейские навыки, важность, медленность в разговоре, осанку, повелительную форму обращения, — словом, всю эту аристократическую и бюрократическую форму жизни, что делает некоторых наших пастырей подлинными наем-никами, и в наихудшем случае — волками в овечьих шкурах. А о смиренном отказе в повышении, в духе преподобного Сергия, никто теперь и не мыслит. “Да что я, — думает теперешний карьерист, — хуже всех что ли?! Мои товарищи уже вон настоятели, архимандриты и даже епископы, а я буду отказываться от такой желанной чести! Как это возможно?! Только ненормальные могут так поступать”… И лезет наш “деятель” все выше и выше, невзирая ни на что. Пожинает плоды славы, чести и корысти изрядной. А уж потом… Потом, чтобы не свалиться с этого церковного “эскалатора” повышений, он путем унижений и духовного закрепощения застраховывает свою личную безопасность покровительством “кесаря”… И вот тут начинается самая блаженная жизнь… Нет! Преподобный Сергий вас так не учил! Он учил обратному, учил искать внутреннего подвига молитвы и полного безславия. Он избегал высокого звания, хотя был больше чем достоин его. Преподобный искал тихого уединения, которое дает человеку близость Бога. И уже с этой духовной позиции шел помогать народу в их личном и общественном горе. Некоторые говорят, что преподобный отказался от архиерейства еще и потому, что не хотел отрываться от народных масс. Всякое повышение по лестнице иерархии отдаляет от простого народа все дальше и дальше. Простой народ отпугивается всяким высоким чином. Простым старцам народ доверяет все, что у него есть на душе, не стесняясь и не боясь. Чтобы быть ближе к народу и больше ему помочь, преподобный и остался простым и не захотел архиерейской власти.

Еще при жизни преподобного Сергия его ученики построили много монастырей и скитов. Все эти обители имели большое просветительное значение для русского народа. Они укрепляли народный дух, облагораживали сердца людей, давали грамотность и просвещение умам. Много потрудился Сергий преподобный для своей Родины, святой Руси. Много он дал святых заветов северному монашеству…

“Всякое наслаждение плотское возненавидел еси, и яко солнце Отечеству твоему воссиял еси”…

(кондак преподобному Сергию).

Эх, дорогой наш и любимый отче, преподобный Сергий! Как мы — русское духовенство и русские люди — теперь нуждаемся в твоей святой помощи! Как нас ломает современное язычество, понуждая силой кланяться бездушным идолам и страстям! Отняли от нас тихие пустыни, где душа воспитывается и учится мужеству и богомыслию. Выгнали всех нас на арену большой суетной жизни, и мы закрутились, как в колесе…

Преподобный Сергий достиг глубокой старости. И как корабль с драгоценностями, проплыв буйное море, подходит к тихой пристани, так и Сергий преподобный, украшенный добродетелями, достиг блаженной кончины, чтобы войти в вечную небесную жизнь.

Когда он лежал на смертном одре, тихо молясь Богу, братия собрались в его келью. Тут стояли и престарелые схимнички, опершиеся на свои посохи, и юные послушники, упавшие ниц у его одра, и архимандриты, игумены, иеромонахи, иеродиаконы, монахи — все они плакали, прощаясь со своим аввой. Преподобный ласково смотрел на них и тихо сказал: “Не плачьте, братия мои и чада. Бог не оставит вас сиротами”. “Авва наш дорогой, — говорили ему братия, — кто позаботится о нас, как заботился ты? Кто помолится о нас грешных так, как молился ты? Кто нас защитит от врагов видимых и невидимых, как защищал, авва, ты?”