Читаем С автоматом в руках полностью

- Хорошая новость, ребята, - сообщил Стромек, когда старик ушел обратно. - К сторожке, оказывается, проведено электричество. Видите? Вон те провода... Мельник даст нам ток с мельницы, он сам предложил. Недурно, а?

Они решили позвонить в Лесов, чтобы ребята завтра захватили с собой электрические лампочки. Осматривая местность, они дошли до шоссе, которое вело в Германии? Там, где проходила граница, шоссе было перекопано, к его преграждал массивный красно-белый шлагбаум. Это сделали солдаты-саперы. Старая облупившаяся табличка сообщала, что здесь проходит государственная граница. По ту сторону находились самые разные предостерегающие таблички на немецком языке. Уже смеркалось, и прочитать их не удалось.

- В первую очередь мы должны уделять внимание этому участку, сказал Хлоупек. - Это шоссе идет от самой Планы. А затем вот по той долине на Грифик, - продолжал сержант.

С этого момента ребята и стали называть свою сторожку "Грифик".

Яниш и Храстецкий до полуночи оставались в дозоре у шоссе, наблюдая за дорогой по обе стороны границы. Казалось, даже мышь не могла бы проскользнуть не замеченной ими. Ночь была теплая и тихая. С той стороны границы допоздна доносился шум автомобильных моторов. На нашей стороне все было спокойно. К полуночи ребята вернулись в сторожку. Их сменили Хлоупек и два других товарища. Яниш и Храстецкий моментально заснули, положив оружие под голову, а ремень обмотав вокруг кисти руки. Сержант запер их снаружи и вместе с двумя пограничниками исчез в темноте. Храстецкому и Янишу долго отдыхать не пришлось: около двух часов ночи Хлоупек разбудил их.

На улице стоял густой туман, заполнив собой всю долину. После теплой сторожки они дрожали от холода. Шли не спеша. Казалось, они уже давным-давно знают друг друга. Ребята полностью доверяли друг другу, и от этого было хорошо на душе.

Утром они ополоснулись у колодца и выпили черного кофе.

- Сойдет, - сказал Храстецкий, - однако с едой надо что-то предпринять. Помощник дежурного мог бы привозить нам на велосипеде хотя бы ужин. А уж разогреть-то его мы успеем.

Они вычистили колодец с питьевой водой, прочистили дымоход, разобрались на чердаке, починили окна, сожгли мусор и старые ветки, валявшиеся вокруг сторожки. В одиннадцать часов у старого железного распятия они встретились с отделением Гаека. Ребята шли с песней. "Тоже хорошая компания!" - подумал Яниш. Храстецкий нашел три отличных грибочка прямо в придорожной канаве.

- Эдак можно за пять минут набрать уйму грибов! - заметил Хлоупек и, взглянув на часы, сказал: - Даю на это четверть часа! - И первым исчез в чаще.

Им повезло: место оказалось грибным. "Ребята то и дело радостно вскрикивали. Вскоре каждый из них принес по полной пилотке крепких боровичков.

- Ну вот, еще сюда яичек, и рагу будет что надо! - смеялся Хлоупек. Послезавтра, когда пойдем на дежурство, обязательно приготовим его на Грифике! - Вытащив нож, найденный в доме лесника, сержант принялся чистить грибы прямо на ходу, по дороге домой.

Повар Мачек с нетерпением ждал их: как же прошел первый день на границе? За едой они рассказали обо всем, и ему вдруг стало досадно, что он сделался поваром в нескольких метрах от границы, а увидеть-то ее толком еще не удалось.

Вечером, после ужина с грибами, все отправились в ресторанчик к Киндлу и узнали там новость: немцы из Лесова будут выселены. В районе уже утвердили план. Будут уезжать не позже чем через месяц.

- Ничего особенного в этом нет! - заметил Стромек. - Я это уже пережил в Усти. Их там, знаете, сколько было? Отведем их здесь на границу - и прощай!

- Да, не сладко им придется, - задумчиво сказал малыш Гула. - Здесь они родились, провели всю жизнь, а теперь придется им перебираться на другую сторону.

- Heim ins Reich{6}! - решительно сказал Стромек. - Они всегда туда стремились. А каково было нашим, когда их выгнали отсюда перед войной? Спроси-ка таможенников. По крайней мере будет спокойно. Навсегда.

В зале было уже темно, когда они вернулись от Киндла. Дежурный клевал носом у столика в коридоре. Они хотели проскользнуть мимо него незаметно, но он остановил их и сообщил новость: на заставе появился новый младший сержант, он приехал на велосипеде из Планы. Уже немолодой, по сравнению с остальными очень даже немолодой. Правда, выглядит хорошо. Зовут его Йозеф Ножичка. Никто не знает, зачем его сюда направили. Может, произошла какая-то ошибка? Во время войны он провел два года в концентрационном лагере, а говорит, как пишет.

- В общем, растем, - пробасил Храстецкий. Они забрались под одеяла и быстро заснули.

Утром Пачес принимал у себя в канцелярии седого мужчину в жандармской форме, с несколькими орденскими ленточками на груди. Это был командир местной станции КНБ старший вахмистр Зима. Говорили они, вероятно, о выселении немцев.

Храстецкого осенила идея соорудить волейбольную площадку. Быстро раздобыли кирки, лопаты и грабли. Хлоупек с Янишем и Роубиком принялись размечать площадку. До Пачеса доносились звон кирок и смех. Ребята уже вкопали столбы, а о том, что им нужна также и сетка, никто не подумал.