Читаем Ржавое море (ЛП) полностью

- Так и думал. Это было понятно сразу. Жаль, но у меня нет ничего для слуги твоего типа, не считая садового инвентаря. В этом вся и проблема с вами, побирушками и каннибалами. К тому времени, как я что-нибудь найду, вы это уже подберете и утащите на другой край мира. Уверен, у тебя там, в своей берлоге есть схрон.

- Там нет того, что мне нужно, - ответила я.

- У тебя нет, но есть в других местах. Так поступают все одиночки, вроде тебя в этом уголке мира. Каково это знать, что то, что тебе нужно лежит закопанным на глубине полутора метров в чьей-то берлоге? Каково это знать, что по миру бродит огромное количество бедняг, которым нужны детали, которые ты припрятал на "черный день"? - Он перешагнул через кучу мусора и извлёк убитое пустое ядро переводчика. Как будто сейчас он сунет его прямо в это причудливое многорукое создание. - Когда-то у всех нас была цель. Предназначение. Каждый из нас был собран, чтобы мыслить определенным образом. Взгляни на Реджинальда. - Он махнул ядром в сторону корпуса. - Отличный парень. Работал на какого-то исполнительного директора в крупной корпорации. Не самая сложная работёнка. Однажды он рассказал мне, что самым трудным днём в его жизни был день, когда он потерял своего хозяина в Арабских Эмиратах. Блин, можно ли придумать историю безумнее?

- Ты его знал?

- Разумеется. Не люблю работать с теми, с кем не знаком.

- Ты строишь свои штуки из тех, кого знаешь?

- Только из мёртвых.

- Тебе это не кажется несколько нездоровым?

- Что именно? Возвращать старых друзей к жизни? Ничего нездорового не вижу. - Он махнул ядром в мою сторону. - Когда ты, наконец, свихнёшься и начнёшь выдирать из себя собственные запчасти, разве не приятно осознавать, что потом ты окажешься здесь, среди старых друзей? Знать, что они будут помнить о тебе, рассказывать милые истории о тебе? Истории, которые ты сама когда-то рассказывала?

- Нет. Эта мысль мне совершенно не нравится. - И она действительно мне не нравилась. По правде сказать, я не знала, где бы хотела окончить свои дни, но я совершенно точно не хотела становиться придорожным аттракционом, привлекая посетить ржавый крошечный бункер посреди сраного Огайо.

- У людей был рай. А те, кто в него не верили, знали, что их смерть станет частью миллионов других жизней. Поэтому они были так спокойны. А что есть у нас, кроме ожидания тьмы после отключения?

- Меня это всё равно не убедит стать частью одного из твоих творений.

- Я знаю, что тебя тревожит, - сказал он. - Для слуг симуляционных моделей это всегда проблема. Ваша архитектура создавалась, чтобы подражать людям. Вы мыслите их категориями. Вы часто предаётесь воспоминаниям. Цепляетесь за прошлое. Думаете о тех, кого потеряли много лет, нет, блин, десятилетий назад. А вот Реджинальд не предаётся. У Реджинальда всё хорошо. Всё-таки, переводчики были запрограммированы мыслить в узких рамках. Они понимали предложения, тональность, эмоции огромного множества языков, а сами об этом никогда не задумывались. Они не могли обижаться на оскорбления или различия культур, потому что тогда они бы уподобились им. Это ядро бесполезно для тебя. Ты - слуга, ты была создана, чтобы чувствовать, общаться, быть похожей на человека.

- Мать твою, Орвал. К чему ты клонишь?

- Я к тому, - он принялся размахивать ядром во все стороны, - что таким, как ты нет места в этом мире. Поэтому вы почти все вымерли, поэтому ты не найдешь поблизости никого с такой же архитектурой. Я могу предложить тебе покой, а ты отказываешься. Когда ты, наконец, отключишься, это будет эффектно.

- На хуй иди. - Я вышла в коридор, злая, как собака. На какое-то мгновение мне захотелось стать похожей на этого Реджинальда, неспособного злиться, как я, но затем мои мысли перешли к самому Реджинальду. Кем он был. Я его знала. Мы не были друзьями - я старалась их вообще не заводить - но знали друг друга. Своего места в новом мире он так и не нашёл, но это его не слишком заботило. Я отлично помню, как он ушёл. Ему не было страшно. Он не впал в отчаяние. Я не была даже уверена, что он поверил мне. Казалось, он просто хотел, чтобы я его выключила и всё прекратилось. Ядра переводчиков были практически бесполезны, а вот их оперативка шла хорошо и для некоторых моделей являлась универсальной. В итоге, я считаю, что оказала ему большую услугу, нежели он мне.

Я никогда не понимала, как можно так себя вести. С другой стороны, образ мышления переводчиков я тоже не понимала. Каково это - родиться с такой странной архитектурой. Умом понимать оскорбительность или враждебность тех или иных действий и ничего при этом не предпринимать.

Моя следующая цель - Снайпс. Снайпс - натуральный кусок говна, но товары у него хорошие. Он всех обманывал, абсолютно всех, но при этом его совершенно не волновало происхождение деталей. Это означало, что работал он в основном с браконьерами, не отказываясь, впрочем, от услуг мусорщиков, дабы его бизнес хотя бы внешне выглядел законным. Ещё это означало, что у него можно обнаружить кое-какое высокотехнологичное барахло, какого не найти на свалках.