— И зачем тогда Верховному королю понадобился этот человек?

— Я не знаю, мадам.

Селиан задумалась, затем надменно улыбнулась и громко хлопнула в ладоши, призывая к себе портних.

— Еще одна причуда этого старого безумца, — беззаботно сказала она. Вокруг королевы вновь засуетились мастерицы, и она послушно встала, выпрямив спину и подняв руки перед собой. — Пусть развлекается, как ему вздумается, — добавила она. — У нас есть дела и поважнее…

Эстеверис вернулся в покои, которые занимал во дворце. Он велел, чтобы слуги подготовили ему ванну с благовониями, и, облачившись в просторную длинную рубашку, погрузился в воду, над которой поднимался пар. Тонкая полупрозрачная ткань прилипала к складкам его тучного и абсолютно безволосого тела. Крупные капли пота выступили на раскрасневшемся лице, которое служанка то и дело промокала полотенцем.

Министр был встревожен.

Конечно, положение страны беспокоило его. Казна пуста. Противников власти королевы становится все больше. В любой момент могут начаться бунты недовольных, а многие знатные люди участвуют в заговоре, во главе которого стоит герцог Фельн. Да еще и соседние королевства Имелора готовятся к войне, потому что не одобряют сближение Иргаэрда и Верховного королевства.

Но ничуть не меньше Эстевериса беспокоило возвращение Лорна Аскариана и аудиенция, которую — министр не сомневался — Верховный король собирался дать ему. Прежде чем устроить второй процесс по делу Лорна, старый король встретился с Посланником Ассамблеи Ир-канс. Таких совпадений не бывает. Должно быть, у Ассамблеи был веский повод желать освобождения этого человека, несмотря на то что Далрот мог изменить его до неузнаваемости. Что они сказали Верховному королю? Какой секрет открыли, чтобы убедить его?

Эстеверис пришел к выводу: теперь король знает. Перспектива более чем тревожная, особенно если подумать о том, что выведает Лорн, если чувство мести захватит его. И как могло быть иначе после того, что с ним произошло? На его месте любой хотел бы разобраться, кто и с какой целью плел против него интриги.

Странно, но королеву, похоже, это нисколько не заботило.

Как такое могло быть?

Как она могла не видеть угрозы, которую представляло возвращение Лорна? Как могла не интересоваться тем, что замышляет в Цитадели Эрклан? Когда Верховный король удалился туда, весь мир подумал, что он желает провести свои последние дни в уединении, в стороне от чужих взглядов. Тогда у Эстевериса промелькнула мысль, что король ищет убежище, из которого он мог бы действовать тайно. Оглядываясь назад, он решил, что та догадка была верной…

«Старый лис», — подумал министр с едва заметной улыбкой, вдыхая аромат благовоний, который поднимался над ванной.

Тем не менее беззаботность королевы могла повлечь за собой опасности. Что ж, раз она решила не предпринимать никаких шагов против Лорна, Эстеверис возьмет это на себя.

Ради блага Верховного королевства и его королевы.

И, возможно, ради своего собственного блага.

Закрыв глаза, он велел подлить в ванну еще горячей воды.

ГЛАВА 8

— Это я, — сказал Алан, негромко постучав в дверь каюты.

— Входи.

Принц вошел и увидел Лорна, который лежал на койке и читал.

— Я пришел сообщить тебе, что мы скоро прибываем.

Лорн закрыл книгу и бросил взгляд в окно. Они проплыли мимо города-острова Ангборн и теперь бороздили спокойные воды моря Вольных Городов.

Насколько Лорн мог судить, корабль держал курс строго на юг.

— Спасибо. Мы сходим на берег в Самаранде?

— Да.

Алан подхватил табурет и сел, положив локти на бедра и переплетя пальцы рук.

— Что такое? — спросил Лорн.

— За эти дни ты почти не выходил из своей каюты.

— Я нашел в старом сундуке несколько книг. Сам знаешь, в последнее время я что-то маловато читал…

Шутка не рассмешила Алана.

Лорн со вздохом сел на край койки и посмотрел другу прямо в глаза.

— Дай мне время, — сказал он. — Это пройдет.

Однако его взгляд говорил совершенно иное.

Но если Лорн и лгал, он делал это не столько для того, чтобы утешить друга, сколько чтобы его оставили в покое: каким бы искренним и доброжелательным оно ни было, заботливое внимание Алана, зачастую неловкое, было ему в тягость.

— Ты действительно так считаешь? — не отступал принц.

— Да.

На самом же деле Лорн предпочитал избегать членов экипажа.