Читаем Руссо туристо полностью

Анализ ответов на вопрос 11.2 позволяет сделать вывод, что туристы из СССР во время пребывания за рубежом старались как можно меньшее количество валюты потратить на так называемые карманные расходы, предпочитая на сэкономленные средства купить импортные товары. Ответы на вопрос 11.3 свидетельствуют, что чаще всего путешествующие приобретали одежду и обувь для себя, супруга/супруги, детей, родителей и других близких родственников. Несколько реже приобретались различные товары для дома (хрустальные вазы, сервизы, осветительные приборы, иногда ковры), еще реже – недорогая и компактная бытовая техника (обычно магнитофоны). В качестве «полезных» и не очень дорогих сувениров для родственников, друзей и коллег чаще всего называли косметику и парфюмерию, бижутерию и аксессуары (солнцезащитные очки), кондитерские изделия и даже художественную литературу на русском языке (при поездках в Болгарию). Характерно, что все без исключения бывшие туристы весьма подробно отвечали на этот вопрос, скрупулезно вспоминая каждую привезенную вещь, хотя со времени совершения некоторых поездок прошло 30–40 лет.

Приведем некоторые типичные ответы, указывающие не только на сами покупки, но и на людей, которым они предназначались: «Платье и брюки – детям; туфли – себе; шубу – жене»[702]; «Внучке – сапожки и туфельки; маме – теплый плед; племянницам – кроссовки и кофточки; друзьям – парфюмерию»[703]; «Дочери – обувь и шапочку; себе – туфли и ткани; маме – две хрустальные вазы; для всех – сладости»[704].

Интересны также ответы на вопрос 11.4 о том, чем была вызвана необходимость везти эти товары в Советский Союз из-за рубежа. Чаще всего информанты отвечают на него кратко, но конкретно: «качество, цена, свобода выбора», «качество и красота товара», «дефицит товаров в СССР». Иногда в анкетах есть и более развернутые ответы, например: «В Советском Союзе не было такого разнообразия, качества, ярких цветов, а если и было, то стоило в 3–4 раза дороже»[705].

В ответах на вопросы «Анкеты советского туриста…» по отношению к привезенным из-за рубежа вещам чаще всего употребляются прилагательные «модные», «яркие», «красивые», «качественные», «дефицитные», «необыкновенные». Очевидно, что в глазах советского человека эти вещи имели не только утилитарное значение. В определенном смысле они позволяли возвыситься в собственных глазах и глазах окружающих, служили своего рода связующим звеном между советской и несоветской реальностью. Это их свойство поэтично описывает уже в наши дни в своем интернет-блоге некая Hava, которая во время посещения ГДР в 1980-е годы приобрела для себя стильный черный пиджак, белые джинсовые брюки и туфли из крокодиловой кожи: «Я ходила в этих белых штанах и в зеленом крокодиле по… своему городу и мне казалось – такой персонаж, как я, слегка улучшает ландшафт. Вокруг были кофты с начесом и перламутровые помады, а на мужиков лучше было вообще не смотреть, и посреди этого безобразия я смотрелась как [иностранная] туристка, которой через три дня положено отвалить к себе домой, в край белых штанов»[706].

Как отмечает историк Алексей Голубев, сами западные вещи, попадая в советскую действительность, превращались в своеобразный канал информации о Западе. К этому вышедшему из-под контроля властей каналу могли подключиться все, кто пользовался западными вещами или даже просто видел их, а не только те, кто непосредственно привез их из-за рубежа. Именно вирус западного консьюмеризма, проникший в Советский Союз вместе с западными вещами, А. Голубев считает одной из причин кризиса социалистических ценностей в позднем советском обществе[707].

Однако привезенные из-за границы вещи рассматривались не только в контексте удобства и качества, моды, престижа, внимания к родным и близким, но и как потенциальный товар, имевший свою рыночную стоимость. Как правило, импортные вещи оставляли для себя и членов семьи, дарили родственникам и близким знакомым, но при этом старались приблизительно подсчитать, во сколько обошлось бы их приобретение непосредственно в СССР на черном рынке. Из-за этого в разговорном языке позднего советского периода появилось выражение «оправдать поездку», которое означало, что рыночная стоимость привезенных из-за границы вещей превысила затраты на совершение путешествия (непосредственную стоимость путевки и дополнительные расходы). При этом цены черного рынка на импортные вещи были стабильно высокими. Так, цена импортных женских колготок в начале 1980-х годов составляла около 35 руб., фирменных джинсовых брюк – 120–180 руб., пары женских сапог – 120–230 руб., джинсового костюма – 350–450 руб., женской дубленки – 800 руб.[708]