Читаем Русский романс полностью

Ехал из ярмарки ухарь-купец,Ухарь-купец, удалой молодец.Стал он на двор лошадей покормить,Вздумал деревню гульбой удивить.В красной рубашке кудряв и румян,Вышел на улицу весел и пьян.Собрал он девок-красавиц в кружок,Выхватил с звонкой казной кошелек.Потчует старых и малых вином:«Пей-пропивай! Поживем — наживем!..»,Морщатся девки, до донышка пьют,Шутят, и пляшут, и песни поют.Ухарь-купец подпевает-свистит.Оземь ногой молодецки стучит.Синее небо, и сумрак, и тишь.Смотрится в воду зеленый камыш.Полосы света по речке лежат.В золоте тучки над лесом горят.Девичья пляска при зорьке видна,Девичья песня за речкой слышна,По лугу льется, по чаще лесной…Там услыхал ее сторож седой;Белый как лунь, он под дубом стоит,Дуб не шелохнется, сторож молчит.К девке стыдливой купец пристает,Обнял, целует и руки ей жмет,Рвется красотка за девичий круг:Совестно ей от родных и подруг.Смотрят подруги, — их зависть берет:Вот, мол, упрямице счастье идет.Девкин отец свое дело смекнул,Локтем жену торопливо толкнул.Сед он, и рваная шапка на нем,Глазом мигнул — и пропал за углом.Девкина мать расторопна-смела,С вкрадчивой речью к купцу подошла«Полно, касатик, отстань — не балуй!Девки моей не позорь, не целуй!»Ухарь-купец позвенел серебром:«Нет, так не надо… другую найдем!..»,Вырвалась девка, хотела бежать,Мать ей велела на месте стоять.Звездная ночь и ясна и тепла.Девичья песня давно замерла.Шепчет нахмуренный лес над водой,Ветром шатает камыш молодой.Синяя туча над лесом плывет,Темную зелень огнем обдает,В крайней избушке не гаснет ночник,Спит на печи подгулявший старик,Спит в зипунишке и в старых лаптях,Рваная шапка комком в головах.Молится богу старуха жена,Плакать бы надо — не плачет она.Дочь их красавица поздно пришла,Девичью совесть вином залила.Что тут за диво! и замуж пойдет…То-то, чай, деток на путь наведет!Кем ты, люд бедный, на свет порожден?Кем ты на гибель и срам осужден?1858

378. Песня бобыля[389]

Ни кола, ни двора,      Зипун — весь пожиток…Эх, живи — не тужи,      Умрешь — не убыток!Богачу-дураку      И с казной не спится;Бобыль гол как сокол,      Поет-веселится.Он идет да поет,      Ветер подпевает;Сторонись, богачи!      Беднота гуляет!Рожь стоит по бокам,      Отдает поклоны…Эх, присвистни, бобыль!      Слушай, лес зеленый!Уж ты плачь ли, не плачь —      Слез никто не видит,Оробей, загорюй —      Курица обидит.Уж ты сыт ли, не сыт —      В печаль не вдавайся;Причешись, распахнись,      Шути-улыбайся!Поживем да умрем, —      Будет голь пригрета…Разумей, кто умен, —      Песенка допета!1858

АПОЛЛОН МАЙКОВ

(1821–1897)

379. Весна[390]

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сонеты 97, 73, 75 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда
Сонеты 97, 73, 75 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда

Сонет 97 — один из 154-х сонетов, написанных английским драматургом и поэтом Уильямом Шекспиром. Этот сонет входит в последовательность «Прекрасная молодёжь», где поэт выражает свою приверженность любви и дружбы к адресату сонета, юному другу. В сонете 97 и 73, наряду с сонетами 33—35, в том числе сонете 5 поэт использовал описание природы во всех её проявлениях через ассоциативные образы и символы, таким образом, он передал свои чувства, глубочайшие переживания, которые он испытывал во время разлуки с юношей, адресатом последовательности сонетов «Прекрасная молодёжь», «Fair Youth» (1—126).    При внимательном прочтении сонета 95 мог бы показаться странным тот факт, что повествующий бард чрезмерно озабочен проблемой репутации юноши, адресата сонета. Однако, несмотря на это, «молодой человек», определённо страдающий «нарциссизмом» неоднократно подставлял и ставил барда на грань «публичного скандала», пренебрегая его отеческими чувствами.  В тоже время строки 4-6 сонета 96: «Thou makst faults graces, that to thee resort: as on the finger of a throned Queene, the basest Iewell will be well esteem'd», «Тобой делаются ошибки милостями, к каким прибегаешь — ты: как на пальце, восседающей на троне Королевы, самые низменные из них будут высоко уважаемыми (зная)»  буквально подсказывают об очевидной опеке юного Саутгемптона самой королевой. Но эта протекция не ограничивалась только покровительством, как фаворита из круга придворных, описанного в сонете 25. Скорее всего, это было покровительство и забота  об очень близком человеке, что несмотря на чрезмерную засекреченность, указывало на кровную связь. «Персонализированная природа во всех её проявлениях, благодаря новаторскому перу Уильяма Шекспира стала использоваться в английской поэзии для отражения человеческих чувств и переживаний, вследствие чего превратилась в неистощимый источник вдохновения для нескольких поколений поэтов и драматургов» 2023 © Свами Ранинанда.  

Автор Неизвестeн

Литературоведение / Поэзия / Лирика / Зарубежная поэзия