Читаем Русский Путь (СИ) полностью

Из коммунистической эпохи ведёт своё происхождение и наше рабское сознание. Чехов как-то сказал, что всю жизнь по капле выдавливал из себя раба. Просто невероятно, Антон Павлович Чехов, великий мировой писатель, говоривший в своих произведениях о самых острых проблемах общества, и вдруг такое признание. Но ведь он не сидел в ГУЛАГе, не был раскулачен, не умирал от голода, не испытывал всю жизнь подспудно давящий страх быть арестованным. И четыре поколения его предков не испытывали ничего даже близко похожего на то, что пришлось пережить нашему народу во время коммунизма. Но если уж даже Чехов всю жизнь боролся с рабским, как он считал, сознанием внутри себя, то через сколько поколений российских граждан всё наше общество сможет избавиться от рабского сознания - через четыре, шесть, десять? Или, может быть, уже никогда?

Демократия, все права и свободы были нам даны, как обычно, сверху, как и, в своё время, освобождение от крепостного права. Мы, в отличие от народов развитых западных стран, не добивались их веками в борьбе с правящими классами, завоёвывая и власть, и права со свободами буквально по крохам, не строили веками, по кирпичику здание гражданского общества. Поэтому мы и не ценим всё это, хуже того, мы, с нашим рабским менталитетом не знаем даже, что со всем этим делать - и с демократией, и с правами и свободами, и плюём на эти величайшие ценности с высокой колокольни. Стало давно избитой фразой, что наше общество не готово ни к демократии, ни к гражданскому обществу. Это действительно так, но разве могут вчерашние рабы мигом избавиться от своего рабского мировоззрения, сбросить с себя это ярмо, и сразу организовать гражданское общество, демократию, оценить значимость прав и свобод и принять их? Это физически невозможно, для этого нужны годы и десятилетия постепенного, как говорил Чехов, выдавливания из себя рабов нескольким поколениям россиян. Так что вполне естественно нынешнее отторжение обществом идей демократии и либерализма. Не мы в это виноваты, а коммунистическая система, десятилетиями формировавшая homo soveticus, советских рабов.

Данная нашему народу Ельциным и его сторонниками демократия, закреплённая в главном законе страны - конституции, едва не превратилась в анархию, ибо демократия, то есть народовластие, должна происходить снизу, от самого народа, и им же постоянно поддерживаться и подкрепляться, нам же в девяностые до демократии было как до лампочки - есть она у нас по конституции, и ладно. Неудивительно, что впоследствии наследник Ельцина Владимир Путин, чтобы не допустить анархии и хаоса, в процессе укрепления государственной власти вынужденно, причём вынужденно ни чем и ни кем иным, как исключительно самим российским народом, заменил демократическое правление на мягкую форму авторитаризма - на мой взгляд, наиболее оптимальную в современных условиях России форму государственного правления.

Наше рабское сознание, вбитое коммунистами в самое нутро нескольким поколениям наших предков в виде инстинкта самосохранения, не даёт нам воспользоваться возможностями, предоставленными российским законодательством по управлению государством и по контролю за властью. А если народ не контролирует власть, то в такой стране не может быть никакого правосудия, верховенства законов, справедливости, власть не будет выполнять государственных законов, да и с какой стати власти их выполнять, если само общество живёт не по законам, а по понятиям, а власть, между прочим, неотъемлемая часть общества. Мы не умеем ни пользоваться, ни защищать свои права и свободы, нам только предстоит этому учиться на протяжении ближайших десятилетий. Поэтому бессмысленно сегодня ожидать соблюдения властью прав и свобод граждан, бесполезно бороться с коррупцией, ожидать правосудия и социальной справедливости, хотя это абсолютно не значит, что мы не должны этого делать, то есть бороться с коррупцией и беззаконием в обществе, требовать от власти соблюдения законов, осуществлять её гражданский контроль - ведь мы имеем на это полное право.

Это коммунисты в течение всего времени своего правления намеренно взращивали в нашем народе чувство стадности, всячески подавляя индивидуальность - естественно, ведь стадом рабов несоизмеримо легче управлять, чем коллективом личностей. Они успешно достигли своей цели, теперь само общество, воспитанное на протяжении жизни нескольких поколений, уже само подавляет индивидуальность человека, выделяющуюся из толпы. Коммунистический режим давно рухнул, а привитая нам безнравственность, рабское сознание, стадность общества остались.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное