Читаем Русский морок полностью

Быстров недоуменно посмотрел на подполковника, потом на генерала, который неопределенно пожал узкими плечами и сжал руки в кулаки.

— Я чего-то недопонимаю! А кто дал разрешение на вынос совсекретных документов из хранилищ?

Полковник ожесточенно потер лоб пятерней, извиняюще посмотрел на Быстрова, словно понимая его недоумение:

— А, Москва.

— Что такое «АМосква»? Откуда структура такая? — ровным тоном спросил Павел Семенович.

Подполковник руками показал на потолок, с понятием оглядев Быстрова и генерала.

— Сверху! С небес, что ли?! — тем же ровным голосом продолжил спрашивать Быстров.

Подполковник поежился и с нескрываемым сожалением сказал:

— Из ЦА поступила санкция разрешить в виде исключения предоставить отделу труда и заработной платы «КБхимпром» всю имеющуюся документацию для подготовки мотивированного доклада для Госплана и Совмина.

Генерал и Быстров посмотрели друг на друга, словно впервые увиделись. Павел Семенович встал и прошелся по кабинету.

— Сядьте, товарищ полковник! Это еще не все! — сказал генерал.

— А что еще может быть после этого?

— Вот товарищ подполковник считает на основании рапорта майора Шеремета, который отвечает за государственную безопасность на «КБхимпром», шо начальник отдела труда и заработной платы не внушает доверия!

Быстров хмыкнул и спросил у подполковника:

— Сколько лет на объекте ваш Шеремет?

Половник прикрыл глаза, словно считал что-то мучительно трудное, и сквозь зубы, нехотя ответил:

— Более восьми лет, начинал там в звании старшего лейтенанта!

— Да, уж! Не прошло и восьми лет, как он раскусил этого Федорова! Какая тонкая работа заводской армейской контрразведки! — мечтательно произнес Быстров и посмотрел на генерала, который давился от смеха, но вслух сказал:

— Прекратить разговоры не по делу, вы бросьте эти остроты, Павел Семенович, и примите к сведению!

— Да, я принял к сведению, что ваш Шеремет подложил сенца себе под зад! Спасибо, товарищ подполковник. Дальше мы сами как-нибудь, может, справимся!

Подполковник вопросительно посмотрел на генерала, тот кивком разрешил ему выйти.

— Ну, шо скажете, Павел Семенович?

— Не пустили козла в огород, так нашлись сердобольные и подтащили тот самый огород ему прямо под зубы!

— Ладно вам, отставить! Шо по существу?

— Спланировано удивительно и почти неправдоподобно! Словно по заказу разложили совсекретные материалы, бери, не хочу!

— Вы понимаете, шо распоряжение поступило от коллег из Москвы, значит, Инстанция дала свое добро на это.

— Чего более! Теперь даже не знаю, как нам закрыть эту лавочку.

— Не надо ничего закрывать! Вы хоть понимаете, что все это значит?

Быстров ничего не ответил, только встретившись глазами с генералом, молча кивнул.

— Разрешите идти? — встал у стола.

Генерал махнул рукой и только у двери коротко бросил, словно увесистый камень:

— Доложите свои соображения через два часа. Обменяемся предложениями!

— Есть доложить и обменяться! — повернув голову, ответил Быстров.

В приемной он мимоходом глянул на кабинет, где сидела Каштан, покрутил головой, спустился к себе и вызвал Елкина.

— Товарищ капитан! — Быстров поднял глаза на вошедшего. — Прошу вас систематизировать все контакты и маршруты Силуэта за последние десять, может быть, пятнадцать дней. По результату доложить немедленно.

Вскоре раздался осторожный стук в дверь, и возник Елкин, держа рулон ватмана под мышкой.

— Разрешите доложить? — Елкин вошел, остановился перед письменным столом, сдвинул в сторону все предметы и положил лист ватмана.

— Вот, товарищ полковник, я составил все маршруты и контакты. Изобразил все для наглядности на одном листе. Тут множество пересечений синего цвета, их можно отбросить, а вот эти два построения, красным и оранжевым, показались мне чрезвычайно интересными. Прошу прощения, я взял за полтора месяца.

Быстров смотрел на густую сеть линий, точек, пунктирных линий, галочек, кружков и пока ничего не понимал.

— Ладно! Вникать в ваш процесс пока не буду. Доложите ваши выводы!

Елкин, придерживая край сворачивающегося ватмана, присел на стул подле, взял в руку карандаш.

— Пересечения были полтора месяца назад с французами. Позже и по настоящее время ничего с ними связанного нет! Но вот что любопытно. Полтора месяца, после ночного контакта, после закрытия бани, в день приезда французов из Москвы, наш Силуэт, прямиком, скрытно рвется на вокзал и там впрыгивает в отходящий на Москву поезд. Бросает здесь все, работу в бане, клиентов со шмотками, но через день возвращается. Происходит контакт к французами, после которого он перестает встречаться как с ними, так и с человеком из «КБхимпром», хотя с последним встречался каждую неделю, а то и через два-три дня! Как обрезало! Бегает по городу, продает свой товар, но это все случайные люди.

— Резюмируйте свою мысль! — Быстров уже составил свой вывод и хотел услышать это от Елкина.