Читаем Русский морок полностью

Помощник вдруг спохватился, подошел к своему кейсу, открыл его и виноватым тоном сказал:

— Вы просили меня представить последние отчеты вашего направления резидентуры во Франции? — жестом пригласил к столу и выложил из кейса пухлую папку.

Каштан озабоченно присела и занялась изучением информации резидентуры направления «Х», которая поступила в Центр, с тех пор, как она находилась в Крае. Достала свой элитный блокнотик из крокодиловой кожи, изредка что-то записывая туда.

— Ну, вот все! — сказала Дора Георгиевна, закрывая папку. — Есть один интересный эпизод, на который следует обратить внимание. В концерне Zenith Aviation, как сообщает мой бывший источник, которого я перед отъездом по вашему заданию передала своему заместителю, были проведены финансовые транши на счет в один из банков Люксембурга, предположительно VP Bank AG, за исследования и консультации по широкому кругу вопросов, связанных с их разработками дальних сверхзвуковых ракет. — Каштан оглянулась на помощника. — Это обычное дело, если бы не одно обстоятельство. Сумма впечатляет. Три миллиона долларов. Могу себе представить, какого рода консультации будут оплачены такими деньгами.

— Считаете это оплатой за предоставление полных данных по нашей разработке? Кто же готовит такую консультацию? — нервно спросил помощник, почувствовав, как его начинает колотить мелкая дрожь.

— По всей вероятности предполагается передача нашей разработки по «Болиду». В других странах никто не занимается этим вопросом. А вот где готовится и кто, совершенно неясно. Этот эпизод может пройти без нашего контроля. Вероятно, у концерна появилась возможность получить наши материалы и победоносно завершить свою работу над таким же снарядом. Состоится приоритетное обладание новым видом вооружения, но не у нас, а во Франции, стране, примыкающей к блоку НATO.

— Ни в коем случае нельзя допустить такой бесконтрольный ход! Такие события нас не устраивают! — вырвалось у помощника.

— Мало того, мой источник, которого я нацелила на исключительное добывание информации по этому виду вооружения, указывает на такой важный факт. — Каштан заглянула в свой блокнотик. — Незадолго до перевода этой суммы в Люксембург президент концерна с главным разработчиком и финансовым директором, собрав все материалы по изделию, выезжал на неустановленный адрес в Париже и провел там почти целый день. Вернулись они весьма довольные.

— Весьма интересно! Вот что, давайте-ка заедем к Сербину и выложим ему полную информацию об этом эпизоде в ВПК Франции, — задумчиво сказал помощник и набрал номер телефона завотделом.

Сербин был катастрофически занят и выскочил к ним из кабинета, где стоял гул голосов, в приемную.

— Приветствую! Вижу срочность на ваших лицах, товарищи! — сказал он им, подходя ближе, потом повернулся к секретарю и нескольким ожидавшим приема: — Товарищи! Прошу всех выйти отсюда! Посидите в зале для ожидающих этажом ниже!

Они присели за столик секретаря, и Каштан под ободряющие кивки помощника рассказала ему о своем открытии.

При упоминании о поездке за пределы Парижа с баулами секретных документов помощник, оглянувшись на Сербина, спросил:

— Как думаете, Иван Дмитриевич, для чего надо сгрести в кучу все совершенно секретные материалы и вывезти их за стены концерна?

Сербин чему-то ухмыльнулся, но тут же стер ехидную ухмылку с лица и ответил, уже нахмурившись.

— Думаю, они ездили не жечь их на полянке в лесу, наверняка они возили свои разработки на обозрение для предполагаемого консультанта и определения суммы гонорара. Ну, на хрена им было еще для чего-то другого вывозить секретную документацию!

— Вот именно! — Помощник встал и прошелся по приемной. — Они показали свой материал, оценили объем необходимой, так сказать, консультации и заказали работу.

— Тут есть и мотив, — подала голос Каштан, — по информации моего другого источника, в правительстве Франции готовится решение о прекращении финансирования концерна по разработке и запуску в промышленное производство этой крылатой ракеты. Аргументируется общим экономическим кризисом, затянувшимися сроками разработки.

— Ах вот даже как! — воскликнул помощник, внутренне ругая себя, что сам более тщательно не просмотрел папку с отчетами резидентуры и пропустил информацию, и полковник Каштан умыла его, генерал-майора.

— В этой части информации ничего нет опасного для нас. Данные факты работы над этим видом вооружения давно барражируют практически во всех сводках. Теперь пойдут гулять дальше, из службы в службу. Почва, можно сказать, подготовлена. — Дора Георгиевна с удовлетворением произнесла последнюю фразу.

— Так кто же консультанты? — помощник задал этот вопрос и остановил свой взгляд на Каштан. — Кто там, в Краевом центре, обладает достаточными возможностями, чтобы получить все наши разработки? Как думаете?

Дора Георгиевна все это время прокручивала в голове всевозможные варианты, чтобы ответить на этот вопрос, но явственно ничего не вырисовывалось, мелькала странная фигура из разрозненных фактов.

Перейти на страницу:

Все книги серии Баланс игры

Похожие книги

Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы