Мы подплыли к борту, откуда на нас скинули веревочную лестницу. Паренек подал пример и быстро вскарабкался по ней как обезьянка. Я такой грацией не отличалась, лезла осторожно и цепко держалась руками. Снизу поощрительно свистели. Я с каменным лицом забралась на борт. Парень проводил меня до моей каюты, придерживая за локоть, так как корабль слегка покачивало на волнах и было непривычно. Как ехать в автобусе, не зная, когда дурной водитель решит тормознуть и ты полетишь вперед на пассажиров. Только здесь были доски палубы и чистое море за бортом.

Сама каюта тоже была на удивление чистая и аккуратная. Кровать, стол, стул и сундук, все, естественно, прибито к полу, чтобы не каталось по каюте во время шторма.

Глава 50. Путешествие

Так как день мой прошел сидя, я очень устала морально, меня просто клонило в сон. Побросав свои вещи в сундук, закрыла его на замок, повесив ключ в сумочке на боку. Эти их местные кошельки были не очень удобны, постоянно болтаясь и звякая, хлопали тебя по бедру при ходьбе.

Скинула сапоги и как была в одежде, разлеглась на койке. Мысли текли вяло, казалось, я усну, не донеся головы до подушки, но нет. Глаза сами собой открывались, как ни старалась я зажмурить их. Да блин. Прислушалась к себе. Где-то около сердца мерцала звездочка тепла от Терсана. Я еще утром отпустила его в море, прямо в сбруе. Он плавал недалеко от корабля.

Я ему сказала, что пока не отплывем, поплавать с ним не получится. А то будет странно, если пассажирка испарится сразу после посадки. Вдруг капитан решит меня проведать ночью, потому и не раздевалась. И кинжал под подушку положила. На всякий случай. До следующего порта нам плыть несколько недель, так что время у меня было. Или корабли не плавают, а ходят, вспомнила я?

Сама не заметила, как отключилась. Разбудило меня мерное покачивание корабля и солнечный луч, нагло остановившийся на моих ресницах. Я чихнула. Будь здорова, принцесса, дыши глубоко! Осмотрелась вокруг, ища самое важное средство утром после сна: туалет! В углу стояло что-то вроде ведра с плотной крышкой, я хмыкнула, горшок вашество, извольте справлять нужду как обычный матрос. А как его потом опустошать? За борт что ли прямо вылить?

Мне поплохело. Отбросив дурные мысли, кое как справилась с этой нестандартной для меня ситуацией, прикрыла крышку. Само ведро стояло в небольшом углублении с высокими стенками, чтобы не расплескалось, так сказать.

Одела свежую рубашку, чистые носки, зашнуровала сапоги и пошла искать знакомства с офицерами или хотя бы того парня найти. Кто тут у них отвечает за санитарные удобства? Плюс, мне тут харчи обещали, помнится. Живот согласно заурчал.

Я ожидала бегающих по палубе моряков, что-то делающих, чинящих, драющих палубу жесткими щетками. Однако, все было тихо и спокойно. Один рулевой, пару человек стояли вдоль борта, парочка на носу. Тишь да гладь. Я удивленно осмотрелась. Было определенно утро, корабль бодро шел по морской глади, влекомый ветром.

Долго слоняться одной мне не дали. Уже совсем скоро ко мне подбежал тот самый долговязый паренек, улыбнулся щербатой улыбкой и пригласил на завтрак в кают-компанию. Там я увидела несколько офицеров и самого капитана. Он стоял спиной к столу, что-то обсуждая с одним из своих людей, а когда повернулся — я ахнула. Это был Эльф! Причем нетипичный. Не было тонких черт лица, смазливой мордашки и прочих прелестей, что поют в балладах. Во дворце я видела несколько рабов эльфов. У этого были белоснежные волосы, грубоватые черты лица для эльфа, высокий лоб, глубоко посаженные глаза и широкий нос. Но внешность не отталкивала. Мне, например, такой тип мужчин нравился.

— Приветствую, столь прекрасное создание на моем корабле, — легким кивком он обозначил свое приветствие. — Капитан Синего Змея Итаниэль Ларентийский к вашим услугам, он галантно поцеловал мою руку, обжигая кожу своим дыханием. У меня аж мурашки побежали. Ну ничего себе обаяние.

— Мои помощники: первый помощник Зак, второй помощник Рикки, боцман Ундо и наш корабельный доктор Себастиан.

Все названные мужчины слегка кивали, все были людьми. Зак высокий и худощавый, но крепко сложенный немолодой человек лет сорока, Рикки наоборот, коренастый и почти квадратный с густой черной порослью на груди, торчавшей из треугольного выреза рубашки мужчина лет тридцати. Боцман Ундо был чернокожим, высоким, крепким человеком неопределенного возраста с приятными чертами лица и большим кольцом в одной ноздре. А доктор Себастиан выглядел как наши англичане, весь худой, чопорный с моноклем на глазу.

По сложившемуся молчанию, я опомнилась и предположила, что они ждут, когда я назову себя. Раскрывать инкогнито я не хотела.

— Урсула, приятно познакомиться, — просто сказала я.

Капитан без выражения хмыкнул, но промолчал. Что ж. Мы покивали друг другу, меня усадили за стул, и мы приступили к еде, неспешно беседуя на нейтральные темы о погоде, ценах на рыбу и как небезопасны сейчас глубокие воды. Я с интересом слушала. Вырисовывалась такая ситуация: