Читаем Руфь полностью

Однако за все это время не появилось ни единого обстоятельства, способного сблизить Джемайму с мистером Фаркуаром. Они по-прежнему совершенно не понимали друг друга. Разница заключалась в следующем: несмотря на холодность в обращении и ссоры, Джемайма любила его все глубже и искреннее, он же устал от бурного нрава, на который было невозможно положиться, от непредсказуемого настроения, зависевшего исключительно от сиюминутных мыслей, а главное, мистер Фаркуар почти испугался той радости, которую испытал от известия о возвращении девочек и миссис Денбай. Он желал жить в мире, а потому прелестная, уравновешенная Руфь с негромким голосом, разумными спокойными ответами, изящными движениями казалась идеалом женщины – чистой, безмятежной душой, озаряющей тело ангельским светом, – поэтому вполне естественно, что мистер Фаркуар ежедневно справлялся о здоровье маленького Леонарда.

Ради этого он пришел в дом Бенсонов, и заплаканная Салли ответила, что ребенку плохо, очень плохо. Он спросил доктора, и доктор деловито, в нескольких словах объяснил, что у Леонарда корь. Конечно, малышу придется побороться, но он считает, что все обойдется. Энергичные дети проявляют силу во всем и ничего не делают наполовину: если болеют, то обязательно с высокой температурой, а когда выздоравливают, дом снова наполняется шумом. Поэтому, заметил доктор, он рад, что не имеет собственных детей, а значит, и неприятностей, с ними связанных. Однако, закончив монолог, доктор тяжело вздохнул, и мистер Фаркуар убедился, что городская молва права, утверждая, что самый процветающий медик Эклстона глубоко разочарован отсутствием потомства.

В то время как вокруг дома пастора жизнь била ключом, его обитатели думали лишь об одном. Салли, если не готовила для больного особую пищу, плакала. Дело в том, что меньше трех месяцев назад она увидела во сне зеленый камыш и по странной логике толкования снов решила, что таково предзнаменование смерти ребенка. Мисс Бенсон приложила массу усилий, чтобы она не поделилась своими мыслями с Руфью. Сама же Салли считала, что мать должна знать правду. Для чего же посылаются сны, если не для предупреждения? Но эти упрямые диссентеры никогда не верили в то, во что верят нормальные люди. Мисс Бенсон, в свою очередь, давно успела привыкнуть к презрительному отношению к диссентерам с высоты англиканской церкви, а потому не обращала внимания на ворчание служанки, тем более что Салли так самоотверженно ухаживала за Леонардом, словно верила, что он непременно выживет, а выздоровление зависит от ее заботы. Таким образом, главная задача мисс Бенсон заключалась в предупреждении любых бесед Салли с Руфью, словно пересказ сна смог бы утвердить мать в уверенности, что ребенок умрет.