Глядя на огонь Татьяна вздохнула и мечтательно улыбнулась.

– Рамзес обещал отправиться в кругосветное путешествие, когда я подрасту. Хотел показать мне весь мир, но произошло то, против чего был бессилен бороться даже миллиардер. После Катаклизма мир уменьшился в размерах, а для меня он был и остается ограниченным Периметрами Жуковки.

– Не так уж много, но и не так уж мало. Просто Жуковка в нынешнем ее виде…

– Постарайтесь его изменить, Юрий. Иначе будет еще хуже. Умар собирается упрочить свое положение, женившись на мне. Взгляды, которыми он одаривает меня в последнее время, пугают больше чем все репрессии. А его подружка Луша… Она винит меня во всем. В надвигающейся старости, в том, что я отбила у нее Умара. Когда там, в бассейне я поцеловала тебя, она совсем взбесилась. Потребовала от Паука переселить меня из особняка в Пирамиду и теперь следит за каждым моим шагом. Если бы ты знал, какого труда мне стоило выбраться на эту встречу!

– Я сделаю все, чтобы этот риск не был напрасным, – пообещал Юрий. – А ты теперь держись в стороне. Арман ю Плесси выполнил свою миссию. Дальше действовать будем мы.

В дверь постучали. Полчаса отпущенные Корнилову пролетели незаметно. Он взял девушку за руку.

– Скоро мы встретимся. И для этого нам не придется прятаться.

– Уверена – так и будет.

– Не забывай о том, что должна мне поцелуй.

– Буду помнить, Юрий и постараюсь вернуть тебе долг.

Татьяна вышла из комнаты. Вошел проводник. Корнилову опять завязали глаза. На обратном пути он думал только о Татьяне. Ее улыбке, прикосновениях, обещанном поцелуе. Освобождение Жуковки от тирании Умара отошло на второй план. Пусть о Рублевской Империи думают другие. Он будет спасать эту девушку.

– Стой. До барака доберешься сам, часовой тебя впустит, – сказал проводник. – Мне лишний раз светиться ни к чему.

Он снял с глаз Корнилова повязку и, не прощаясь, ушел. Юрию хотелось насвистывать – настолько хорошим было настроение. Теперь никто из гастов не станет в нем сомневаться. Пусть его стаж пребывания на Рублевке исчисляется днями – за это время он успел сделать то, на что у других уходили годы.

Корнилов подошел к двери, дождался пока парниша в черном откроет замок и ступил на лестницу. Дальнейший путь он проделал, пересчитывая ребрами ступеньки – кто-то спрятавшийся за дверью огрел его дубинкой по затылку.

Лежа на бетонном полу, Юрий увидел лицо склонившегося над ним бульдога.

– Я ждал тебя, Корнилов. Очень ждал. Можешь считать, что свое ты отгулял.

Юрий встал. Только теперь он увидел построившихся гастов и десяток охранников.

Бульдог обвел обитателей хмурым взглядом.

– Допрыгались, падлы?! Так-с. Утром будем разбираться с каждым персонально. Капут вам. Корнилов, руки за спину. Из барака никого не выпускать!

– Юрка! – Бамбуло выскочил из строя, оттолкнул пытавшегося остановить его охранника. – Это Саркисыч! Он выдал нас!

Удар дубинкой опрокинул Степана на спину. Подбежали еще трое охранников. Поставили Стука на ноги, закрутили руки за спину и втолкнули в строй.

Корнилов поднимался по лестнице с таким трудом, словно к его ногам подвесили пудовые гири. Заговор раскрыт. Их выдал Саркисян. Проклятье!

Когда дверь барака захлопнулась, Юрий обернулся к бульдогу.

– Куда меня ведут?

– Тебе, падла, выпала великая честь. Перед тем, как сдохнуть, увидишь Пирамиду и поговоришь с Умаром. Эх, переломать бы тебе ребра!. Но есть приказ – не калечить. Боюсь только, не выдержу. Уж очень руки чешутся.

Глава 26. Живешь лишь дважды

Бульдог в Пирамиду не пошел. О чем-то поговорил с охранниками и направился в другую сторону. Конвоировать Корнилова остались двое охранников. Всего двое. Юрий оглянулся. Ничего не выйдет. Парочка начеку. Придется смириться.

Корнилов впервые входил в Пирамиду, поэтому сосредоточился на том, чтобы запомнить расположение помещений хотя бы первого уровня. Сразу после входа – широкий коридор. Дальше – стеклянная будка, в которой у пульта с разноцветными кнопками расхаживает охранник с кобурой на черном ремне. Поворот. Новый коридор. Уже пошире. Ряд дверей только с одной стороны. На свободной стене – фрески на древнеегипетскую тематику.

После того, как две двери остались позади, Юрий услышал музыку. Не просто какое-то треньканье, а классическую, исполняемую вживую. Напряг память. «Полет валькирии» Вагнера исполнялся на рояле и, несомненно, рукой мастера. Интересно, кто здесь увлекается творчеством автора «Кольца нибелунга»? Неужели Луша?

– К стене! – рявкнул охранник у третьей двери.

Когда Корнилов выполнил приказ и замер у стены под наблюдением второго конвоира, первый постучался в дверь.

– Войдите!