Читаем Ртуть и соль полностью

– Кое-что весьма и весьма удивительное. Вам стоило бы поостеречься, называя имена ваших делоуправителей. Народная мудрость гласит: «Скажи мне, кто стелет твою постель, и я скажу тебе, кто ты». Мистер Барнинг же, как оказалось, предпочитает иметь в качестве своих клиентов весьма определенный круг лиц. Не допуская исключений. Так кто же вы, мистер Эдвард Маллистер Сол, таинственный незнакомец? Где ваша родина? Под каким именем она отмечена на карте? Ошибусь ли я, назвав ее Западным Краем? Что скрывается под вашим дорогим костюмом? Бандитские татуировки – тузы и девятки, ножи, игральные кости?

Эдвард сохраняет невозмутимый вид. Данбрелл ухватил суть. Ошибся в деталях – принял его за эмигранта-бандита, головореза, возжелавшего попасть в высшее общество. Такое «разоблачение» было только вопросом времени. Было бы глупо не подготовиться к нему.

– Допустим, – Сол слегка наклоняет голову вбок, – что сказанное вами правда. Разве это не повод приличному джентльмену всячески избегать всякой связи со мной? Или вы рассчитываете, что я испугаюсь? Мне нечего бояться, сэр. Я не совершил ничего незаконного, а логика ваших обвинений не удовлетворит даже жадных до сенсаций газетчиков. Мне трудно понять вас. И тем не менее я готов представить вам встречное предложение.

Данбрелл выдерживает небольшую паузу, сохраняя достоинство.

– Я слушаю, – наконец произносит он.

– Мое предложение простое и честное. Вы способствуете заключению сделки – я выплачиваю вам вознаграждение по факту ее исполнения. Ваше имя не появляется в документах, и таким образом вы не рискуете его запятнать. Вы свободны от всяких обязательств. Вместе с тем в случае удачной сделки вы получаете ровно тот же доход, на какой рассчитывали как пайщик. Что скажете?

– Скажу «нет». Мое поручительство не примут, если я не смогу доказать свое прямое участие в деле.

– В таком случае я не смогу вам помочь, – Эдвард поднимается со своего места, указывая на окончание разговора.

Данбрелл остается неподвижен.

– Боюсь, вы неверно оценили ситуацию. Как и ваш покровитель. Ну что же, ничего не поделаешь! В конце концов, моя совесть чиста – я предупредил вас.

Он степенно встает и, не прощаясь, покидает кабинет. Сол некоторое время задумчиво глядит в закрывшуюся за баронетом дверь.

– Ларри! – зовет он помощника.

Худой парень с заостренным лицом, из породы потомственных конторщиков, заглядывает в кабинет.

– Беги в «Барнинг и Уолк». Узнай у мистера Альбардиша, кто и когда в последний раз интересовался делами фабрики. И если сам не знает, пусть выяснит через других. Давай пулей!

Ларри исчезает за дверью. Сол задумчиво потирает подбородок. У Данбрелла явно туз в рукаве – слишком уж уверенно он себя держал. А тут еще неприятности с чичестерами… Да и Дулд где-то рядом, со счетов его сбрасывать нельзя. Коза Дэси говорила о новом заказе, а, кроме фабрики Сола, достойных целей в Олдноне просто нет…

Между тем повседневных забот никто не отменил. Новые технологи и механики – вчерашние студенты и фабричные мастера – сегодня учились управлять технологическим процессом на фабрике. Эдвард вынужден присутствовать на большей части занятий. Разъяснять, показывать, расписывать. Кроме него, этого делать некому. Не меньше времени отнимала работа с клиентами. Точнее сказать – превращение спесивых олднонских торгашей в клиентов. Дела в городе идут ни шатко ни валко, эпидемия и пожар нелучшие спутники экономического роста. А соседние герцогства пока тайна за семью печатями. Более всего привлекает Гимбермен – крупный промышленный центр, где расположились крупнейшие металлургические и машинные заводы Альбони. Там делают пушки и ружья, котлы, паровозы и вагоны, отливают рельсы, катают трубы и листовую сталь. Это место может проглотить все, что производит сейчас фабрика Сола, – и еще добавки попросить. Не менее лакомо выглядит Вурд – морской порт в тридцати милях южнее Олднона. Там денно и нощно работают имперские судоверфи, исправно спуская со стапелей военные и торговые суда. Пароходы уже известны в Альбони, но правят морями пока смешанные парусно-паровые корабли. Купоросное масло в судостроении также весьма полезно. Но и Гимбермен, и Вурд пока недосягаемы для Сола. Нужно обрастать полезными знакомствами, вычислять ключевые персоны, убеждать, задабривать…

Работа привычной, знакомой трясиной поглощает Эдварда, и он сам не замечает, как день за стенами фабрики сменяется вечером, а вечер – ночью.

К одиннадцати он заканчивает переписывать начисто письмо к хозяину торгового дома Рудри, скользкому типу, вознамерившемуся получить на Эде почти троекратную прибыль. Отложив перо и посыпав лист песком, Эд устало откидывается в кресле.

– Ларри! – зовет он. – Ларри, черт тебя дери, ты где?!

В конторе тишина – клерки давно разошлись по домам. Но подручный Эда никогда не уходил раньше начальника. Он мог оставаться на месте до глубокой ночи – часто Сол будил его, уснувшего прямо за столом.