Читаем Розовый ручей полностью

— О, я не слышала, как вы поднимались по лестнице.

— Простите меня, Нелли. Я не хотела вас напугать. Я пришла сказать, что Изетта уже проснулась. Но не стоит торопиться. По тому, как она стучит палкой, отдавая распоряжения, можно сделать вывод, что она чувствует себя совсем неплохо.

Вэрина вошла в кладовую. Одета она уже была для работы в саду, из кармана фартука торчали садовые перчатки.

— Мне эти вещицы всегда казались ужасными и в то же время забавными, — сказала она, глядя на горгулью.

— Я понимаю, что вы имеете в виду, — согласилась с ней Нелли и снова подняла фигурку к свету. — Безобразные уроды, но глаз не отведешь. Вы никогда не задумывались, что видели во сне средневековые ремесленники?

— Элайджа задавал такой же вопрос, — заметила Вэрина и подошла к коробке, которую разбирала Нелли.

— Элайджа?

— Наш столяр. Тот здоровый негр, что помог вам с Деймоном выбраться из горящего дома.

— Ах да, Элайджа. — Нелли тут же вспомнила огромного мужчину, который сильными руками вытаскивал их из огня.

— Розали нашла в одной из папиных книг картинку, изображающую горгулью, и попросила Элайджу сделать для нее пару таких фигур, чтобы книги на полке не падали. Он и сделал две штуки из обрезков одного дерева, что у него оставались.

Вэрина улыбнулась ожившим воспоминаниям.

— Вот такая она была, Розали. Любила всякие новшества, пусть маленькие, но приятные. И в магазинах всегда искала что-нибудь необычное, никому ранее не известное. Изучала все эти каталоги. Но я совсем забыла про горгульи. А где вторая?

— Я нашла только одну, — ответила Нелли и снова осмотрела дно коробки. Второй горгульи там не было. — Меня, кстати, удивило, почему на ней нет следов времени.

— Так ведь это не антикварная вещь… Просто результат девичьей фантазии, — задумчиво и с грустью произнесла Вэрина. — Ей было всего пятнадцать лет, когда Элайджа сделал ей эти игрушки. А через три года она убежала из дома, а еще через пять лет умерла. Может быть, Элайджа знает, где вторая вещица. — Пожав плечами, Вэрина добавила приглушенным голосом: — Не говорите Изетте о них. Она приказала, чтобы никто и близко не подходил к вещам Розали.

— Не скажу мисс Изетте ни слова, — пообещала Нелли; ее интерес к «овдовевшей» горгулье возрос еще больше. Значит, матери Деймона нравилось непритязательное средневековое ремесло, она читала романы и играла в куклы.

Нелли неохотно поднялась со стула: ей хотелось узнать что-нибудь еще про необычную деревянную фигурку в ее руках, но сейчас уже не оставалось времени.

— Наверное, не стоит этим заниматься, — сказала она. — Но я все-таки спрошу Элайджу, что ему известно. А сейчас пойду посмотреть, как себя чувствует с утра мисс Изетта.

Лишь во второй половине дня Нелли смогла уйти из дома, чтобы поискать Элайджу. Она оставила сестер с ближайшей соседкой Виолетой Истербрук, которая пришла узнать, как себя чувствует мисс Изетта после случившегося на пикнике. Нелли завернула горгулью в полотенце, запихнула в корзинку и отправилась на поиски столяра. Клео показала ей, куда идти, и Нелли нашла Элайджу в бревенчатом домике в конце поселка, состоявшего из хижин, расположенных по обе стороны узенькой дорожки, что вела к кухне и прачечной. В хижинах жили негры-рабы. От главного дома до этого поселка было около четверти мили, и, пока она шла по протоптанной дорожке, до нее доносились песни негров, работающих в полях. В это время дня почти все хижины были пусты. Трудоспособные работники находились в поле. Кстати, Деймон тоже был там. Старые седые женщины сидели в своих креслах у дорожки и делились разными историями, в то время как руки их были заняты работой: кто вязал, кто шил. Маленькие детишки играли в пыли под деревьями с тряпичными куклами или возились со щенками. Из одной хижины доносились удары и звон каких-то рабочих инструментов. Нелли в знак приветствия кивнула женщинам, они ответили ей. Как сказала Клео, домик Элайджи найти было нетрудно. Деревянный забор из столбов с поперечными планками ограждал дворик, в середине которого стоял небольшой квадратный дом, сложенный из бревен. Столярные инструменты, пила и топор лежали на деревянном рабочем столе над навесом от дождя. Рядом стоял круглый точильный камень.

Когда Нелли остановилась в нескольких шагах от дома, до нее донеслись приглушенные голоса. Один низкий, прерывающийся мужской голос. Другой голос принадлежал молодой женщине.

— Еще один поцелуй, радость моя, — произнес мужчина.

«Наверное, Элайджа», — подумала Нелли.

— Уже нет времени, — запротестовала женщина. — Мне надо идти.

— Я долго не задержу тебя, детка. — Голос Элайджи стал хриплым от желания.

Женщина что-то сказала, но так тихо, что Нелли не разобрала слов.

— Не упрямься, малышка.

Потом Нелли услышала приглушенный крик, но не могла понять, был ли это крик протеста или, напротив, возглас, означающий, что женщина сдалась. «Что же теперь делать, — гадала Нелли, — уходить со двора или идти выручать женщину?»

Она приняла второе решение и направилась к двери.