Читаем Рожденная огнем полностью

Я сделала еще шаг.

И застыла.

Одно из окон дома не закрыто ставнями. Витражный переплет над роскошной резной дверью.

И где-то внутри этого заброшенного здания только что включился свет.

[29]

Копье – есть.

Плоть Невидимых в моей крови – есть.

Настрой – есть.

Я тихо поднялась по ступеням крыльца и прижала ладонь к двери.

Проклятье. Чутья ши-видящей – нет.

Нет никакой возможности узнать, человек внутри, Фея или нечто совершенно иное. Я больше ни в чем не была уверена. Что бы там ни находилось, ему зачем-то нужен свет. Я не могла себе представить Невидимого, который бы щелкал выключателем или дергал за цепочку. Им нравилась темнота. Они так долго в ней пребывали, что их глаза отлично приспособились к сумеркам.

Я медленно повернула ручку.

Не заперто.

Я вдохнула, собираясь с силами, и приоткрыла дверь как можно тише, ровно настолько, чтобы можно было заглянуть в дом.

Ничего. Хотя со своей точки я все равно мало что могла увидеть.

Я тщательно прислушалась. Благодаря обострившимся чувствам смогла различить мягкие шаги наверху, шаги по толстому ковру. Двух ног. Передвигалось одно существо.

Я ждала, вслушиваясь, не присоединятся ли к первым еще какие-нибудь шаги.

Целую минуту я внимала звукам, издаваемым одним человеком/Феей/непонятно кем, после чего тихонько открыла дверь, быстро проскользнула внутрь и закрыла ее за собой.

Глубоко вдохнув, я пыталась отыскать следы присутствующего. Старалась сложить картинку из различных элементов: плесени старого нежилого дома; едкой гнили от вечного дождя, образовавшейся из-за отсутствия отопления в холодные месяцы и свежего воздуха в теплые; запаха серы, который, без сомнения, исходит от одного из проклятых Зеркал; следов давно пролитого вина – возможно, моя сестра пила вино с Дэрроком, после чего занялась с ним любовью; и забытых бокалов.

Пончик.

Я глубоко вдохнула. Нет, точно. Я чую пончик. И кофе. Неимоверно манящий запах дрожжей и чего-то сахарного. Я восхитилась тем, что где-то в Дублине кто-то снова начал печь пончики. В животе у меня громко заурчало. Я мысленно отметила, что надо бы найти, где они продаются. Еда так долго была дефицитом, что я могла лишь похвалить умельцев с черного рынка, которые сумели добыть ингредиенты для выпечки.

Сфокусировав взгляд прямо перед собой, я бесшумно пересекла фойе по черным и белым мраморным полам под замысловатой хрустальной люстрой, обошла большой круглый стол с шелковыми цветами в пыльной вазе и остановилась у основания элегантной спиральной лестницы.

Тихие шаги раздавались прямо над головой.

Звук выдвигаемого ящика. Приглушенное ругательство.

Я мало что могла различить. Стены и полы, сделанные из надежных материалов столетней давности, служили отличной звукоизоляцией.

Я наклонила голову, прислушиваясь и пытаясь угадать, кто бы мог прийти сюда и обыскивать здание. Кроме меня. Мелькнула мысль, что, когда поднимусь по ступенькам, могу найти наверху саму себя, что я попала в какую-то временную петлю, а «Синсар Дабх» играет со мной в игры.

Если я упрямо преодолею покрытые ковром ступеньки, кого я обнаружу там, себя? Как я и говорила, я больше ни в чем не была уверена. Совершенно ни в чем.

Дэррок? Что, если он не умер?

Какие-нибудь ши-видящие, по приказу Джейды обследующие дом?

Нет. Ши-видящие работают по двое или больше, но не в одиночку. Мы с Джейдой скорее исключение, а не норма.

Я поставила ногу на первую ступеньку, прямо в середину, потому что лестница всегда скрипит, когда пытаешься бесшумно по ней подняться. Ну и, естественно, ступенька издала сердитый скрип.

Прикусив губу, я остановилась, поставила ступню боком, пытаясь распределить вес равномерно и двигаться осторожно.

Надо мной с грохотом захлопнулась дверь, и я услышала еще одно тихое ругательство, за которым последовало злобное: «Ну, где ты?»

Я застыла. Понюхала воздух. Запах ощущался, но он был слабый. Настолько слабый, что я его практически не уловила, хотя, с другой стороны, я на это и не рассчитывала.

Расправив плечи, я затопала вверх по лестнице, полная решимости раз и навсегда покончить с этим дерьмом.

Грохнула еще одна дверь, шаги приближались. Я напряглась и остановилась на середине лестницы, когда чужак выскочил из спальни и помчался к тем самым ступенькам, на которых я стояла.

Нет. Нет. Нет.

Это неправильно. Чертовски неправильно.

Вверху стояла Алина, и эмоции на ее прекрасном лице сменялись одна за другой. Шок. Изумление. Радость.

В ее глазах, которые я знала так же, как собственные, блеснули слезы. Нет, я знала ее глаза лучше. Я смотрела на нее чаще, чем на себя саму в зеркале.

– Мак? – выдохнула она. – Я в шоке, младшая, это правда ты? О боже, о боже! – завизжала она. – Ты когда приехала? Что ты делаешь в доме? Как ты вообще узнала, где меня искать… Ой… А-а-а-а!

Она застыла на середине фразы, и ее радость трансформировалась в чистый ужас.

Я тоже замерла, поднявшись еще на две ступеньки и так и не опустив ногу на третью.

Она начала пятиться, согнувшись пополам и вцепившись руками в голову.