Читаем Российские оригиналы полностью

Состоялся суд. Адвокат вeл дело откровенно вяло и процесс проиграл. Взбешeнный отец накатал жалобу в десять инстанций сразу. Легко представить реакцию читающих, когда они доходили до строк, где облапошенный папаша описывал, как он пришeл на кладбище в лыжном костюме и женском платке для встречи с адвокатом (в белом смокинге и с гаечным ключом в петлице), а потом голый на берeзе качался со взяткою в руках. Естественно, кроме советов обратиться к психиатру, ничего жалобщик не добился.

Каков адвокат, каков оригинал, не правда ли?

Но вернeмся к предмету нашего очерка — к Вахлаку.

Вахлаки, что и по Далю увидеть можно, существовали у нас издревле, но более или менее неприметно, а если забирались в высокие сферы, то их тут же подмечала литература критического реализма и выводила в образе какого-нибудь полковника Скалозуба. Затем на исторической арене явилось вахлачествовать купечество, отразившееся в гениальных пьесах Островского и остроумнейших миниатюрах блистательного автора-актeра И. Ф. Горбунова, доныне первого в этом жанре, ибо многочисленные его современные последователи — не более чем бледные копии. Однако купцы довольно быстро пообтесались, и, казалось, навек вахлакам суждено было прозябать в пучине простонародья.

Но тут-то и вышли мы все из народа после известных событий, тут-то вахлакам и настала лафа! Положим, официально ни газета «Правда», ни газета «Известия» не призывали к грубости, неуклюжести и неотeсанности, но ориентировка на происхождение, на явную простонародность была слишком очевидна, поэтому человек слишком мягкий, слишком отeсанный и слишком, извините, уклюжий не только вызывал подозрения, но и впрямую подвергал свою жизнь опасности этими качествами. Всe стало срочно опрощаться: спец-интеллигент надевал косоворотку, выучивал несколько слов вроде «обмозговать» и «перьво-наперьво», а также длинное выражение: «в обстоятельствах етого текущего момента, дорогие товарищи, чего нам следовает требовать от самоих себя и от других, которые?». Писатель с сомнительным дореволюционным прошлым пригоршнями черпал чернозeм самовитого словотворчества и выливал на страницы своих произведений и «кубыть», и «кажись», и «надоть», гордясь слиянностью с народною душой. Художник осваивал кистью реалистическую, но романтически приподнятую могучую раскоряченность доярок и их коров, металлургов и шахтeров в угаре производственного процесса, получалось неуклюже, грубо, но страшно революционно.

Впрочем, об этом много сказано и без меня.

Перейдeм сразу к результату, а результат таков, что при наличии ярко выраженных стопроцентных вахлаков всe население поголовно в той или иной мере овахлачилось. Вот типичная советская картинка: две бабы в очереди схватились на тему «вас тут не стояло». Одна, в телогреечке, толстоватая, рябая, полубеззубая, орeт на другую: «Ах ты, мерзавка, гнусь подзаборная, падла кривомордая, у…ще длинногубое, крокодилица семиматочная!» — и т. п. Другая, в шубочке каракулевой, поизящней и покрасивше, отвечает: «От беспонтовой шлюхи слышу, от трeх….й шести….ки, от гадюки бесхребетной, от уродки косолапой!». Первая при этом — кандидат наук и преподаватель института по классу языкознания, а вторая — шпульщица-мотальщица производственного объединения «Агрегат» с неполным средним образованием…

Впрочем, я женщин касаться не собирался. Это случайно как-то.

Рассматривая тип вахлака и проблему вахлачества применительно к властителям, я сделал небольшое социально-историческое открытие. Всем известно, что в не столь далeкие времена занять любой мало-мальски приличный начальственный пост можно было только члену КПСС. Исключения бывали редкими. Кроме членства, естественно, имелись и другие критерии (смотря по высоте поста и ведомству оного): национальность, семейное положение, пол, родственники за границей, образование, личные качества — и т. д., и т. п. Но партийность считалась везде условием главным. И мало кто осознавал, что было условие важней, страшно сказать, самой партийности: претендент обязательно и непременно обязан был быть — ВАХЛАК!

Не являясь вахлаком, человек к власти допускался крайне редко, — и он сам по этом поводу горько недоумевал, да и те, кто его судьбу решали, недоумевали. Они понять не могли, что же им мешает резолюцию-то наложить?! Собирались узким кругом, обсуждали, — всe сходится: и национальность, и семейное положение, и партийность, и образование, и опыт работы, и способности какие-то есть, и тесть у него в Министерстве сельского хозяйства, но — мешает что-то да и шабаш! Наконец один из них выдавливает со вздохом: «Не наш он человек!». И окружающие переглядываются: в самом деле, вот где собака зарыта, — не наш он, в самом деле, не наш!

То есть — не вахлак!

Почему же всякому властителю надо быть вахлаком?

Да очень просто.

Властитель что делает?

Руководит.

Кем он руководит?

Людьми. Народом.