Читаем Ромул полностью

Пока Турн отсутствовал, в битву вступил бывший царь этрусков Мезенций. Этруски окружили его и пытались убить, но царь отчаянно разил мечом направо и налево, не зная промаха. В гуще боя Эней заметил Мезенция, вступил с ним в схватку и ранил его копьём, а затем, обнажив меч, попытался добить. Но тут Лавз, юный сын Мезенция, бросился между отцом и Энеем и геройски погиб от рук троянского царя.

Узнав, что сын убит, Мезенций пришёл в ужас и отчаяние. Несмотря на раны, он нашёл в себе силы, чтобы оседлать коня, и устремился к троянскому строю, охваченный безумием и скорбью. Он трижды громко воззвал к Энею, желая отомстить за гибель сына, и троянский герой, вознеся молитву богу Аполлону, вступил с ним в бой. Эней успешно отразил все удары Мезенция, а затем убил под ним коня. Мезенций рухнул на землю и, придавленный конём, осознал, что проиграл. Он сам подставил своё горло под меч героя и перед смертью лишь смиренно попросил Энея похоронить его вместе с сыном в одной могиле.

Наутро после битвы Эней принёс жертвы божествам и воздвиг трофей богу Марсу, украсив его оружием, снятым с трупа царя Мезенция. Затем он обратился к троянцам и этрускам с речью, призвав их готовиться к походу на Лаврент, но прежде достойно похоронить своих убитых товарищей. Вернувшись в дом, Эней горько оплакал погибшего Палланта и велел с почётом отправить тело юноши к отцу в сопровождении тысячи самых доблестных воинов. Он также послал Эвандру часть военной добычи, боевых коней и несколько пленников, предназначенных в жертву богам-манам. Тело Палланта положили на погребальные носилки, обрядили в самые дорогие одежды, и скорбная процессия отправилась в путь. Следом несли оружие врагов, побеждённых Паллантом, и вели его коня, печально понурившего голову.

Простившись с Паллантом и проводив погребальное шествие, Эней возвратился в лагерь и увидел послов латинов, которые прибыли к нему из Лаврента. Они попросили позволения забрать тела убитых италийских воинов, чтобы предать их земле. Эней дал им разрешение и спросил, зачем они начали эту войну. Он заявил, что всегда стремился к миру и даже сейчас готов примириться с италийцами, поскольку ведёт борьбу не с ними, а с их нечестивыми царями. Намного справедливее было бы, продолжил он, если бы Турн сошёлся с ним в единоборстве и положился на волю судьбы, нежели заставлял страдать от войны множество неповинных людей. Послов крайне изумила речь Энея и один из них — престарелый Дранк — пообещал, что они обязательно передадут эти слова италийцам и сделают всё от них зависящее, чтобы разорвать союз с Турном и примирить Энея с царём Латаном. Затем послы заключили с троянцами перемирие на 12 дней и удалились.

Вечером похоронная процессия с телом Палланта прибыла в город Эвандра. Увидев убитого сына, престарелый царь с рыданиями припал к нему. Он в отчаянии корил богов за несправедливость, а затем обратился к троянцам, сопровождающим процессию, и потребовал передать Энею, что тот непременно должен отомстить за смерть Палланта и убить Турна.

На следующее утро в троянском лагере начались похороны воинов. Этруски и троянцы возвели на побережье огромные погребальные костры и с почестями сожгли на них многочисленные тела павших в бою.

Погребальные костры для своих погибших воинов соорудили и италийцы. Весь город Лаврент наполнили стоны и плач женщин, лишившихся своих сыновей, мужей и отцов. Все проклинали войну и царя Турна. То тут, то там раздавались требования, чтобы Турн сошёлся в поединке с Энеем и избавил, наконец, италийцев от войны.

Когда послы латинов возвратились от греческого царя Диомеда ни с чем, удручённый Латан собрал в своём дворце большой совет. Он велел послам рассказать, что же ответил им Диомед. Один из них — Венул — сообщил, что греческий царь, устрашённый божественными знамениями, наотрез отказался участвовать в войне и посоветовал италийцам заключить мир с Энеем. Выслушав посла, Латин предложил, пока не поздно, помириться с троянцами и послать им богатые дары, а также уступить часть земли для поселения и снабдить всем необходимым. Царя горячо поддержал Дранк, который вдобавок предложил немедленно отдать Энею в жёны Лавинию. Он упрекнул Турна в кровожадности и потребовал, чтобы тот, если ему так хочется добыть власть и царевну, сам вступил в поединок с троянским героем, а не заставлял понапрасну гибнуть народ. Взбешённый Турн тут же обвинил Дранка в трусости и, обратившись к царю Латину, заявил, что сил у италийцев ещё много и он будет сражаться до победного конца и скорее умрёт, нежели заключит мир с врагом. Более того, если троянцы вызывают на бой его одного, он сейчас же готов сойтись в поединке с Энеем, чтобы доказать всем свою доблесть!