Читаем Ромен Гари, хамелеон полностью

Аврааму-Боруху было двадцать два года, когда он женился на своей семнадцатилетней родственнице из Свечан Мириам (Марии) Овчинской, дочери Соломона Овчинского. Это произошло 22 апреля 1912 года{148} в Вильно; церемонию бракосочетания провел раввин Рубинштейн, который уже соединил узами брака Мину и Арье-Лейба.

Болеслав и Мария были прекрасной парой. Их сын Саша умер в восьмилетием возрасте, в 1921 году Гари сохранял связи со своей теткой{149} вплоть до ее кончины. После войны Мария Овчинская не раз ездила к племяннику в гости. До 1962 года она навещала его летом в Рокбрюн, а потом — в парижской квартире на рю дю Бак, 108. Мария была красивой, элегантной, высокой светловолосой женщиной и всегда носила на шее несколько ниток жемчуга. Она вела буржуазный образ жизни; так, на стенах в ее варшавской квартире висели несколько ценных полотен{150}. Тем не менее она не располагала никакими источниками дохода, и Ромен Гари в шестидесятых годах каждый месяц переводил тридцать долларов на ее валютный счет в банке «Польска Каса Опеки», что на улице Чацкего, 7. Когда Гари служил консулом в Лос-Анджелесе, он по не вполне понятной причине поручил своему секретарю Одетте Бенедиктис переводить эту сумму через «Бэнк оф Америка», дабы его имя не фигурировало в документах. Однажды банк в связи с небольшой задолженностью закрыл его счет без предупреждения и не стал переводить деньги в Польшу. Узнав об этом, Гари написал директору банка гневное письмо, в котором обвинял последнего в том, что из-за него тетя Мария «умирает с голоду».

Брат Мины Борух (Болеслав, Борис) Овчинский, адвокат в Варшаве. 1949.

Collection Diego Gary D. R.

В «Обещании на рассвете» Ромен Гари пишет, что они с матерью два года жили в Варшаве в самом неопределенном положении, ожидая визы консульства Франции, чтобы покинуть страну. Мать и сын остановились у брата Мины — Болеслава — на улице Познаньска, 22, в деловом центре города, неподалеку от бывшей почты и посольства Советского Союза^{151}. Там же жила одна из ее сестер — Рахиль, работавшая зубным врачом, в «Псевдо» Гари называет ее Ольгой. Не стоит думать, что они жили в полной нищете: согласно заявлениям Мины Касев и документам, представленным ею по прибытии во Францию в специальный комиссариат Ниццы, она обладала вескими доказательствами своей состоятельности.

В те годы в Варшаве жили многие из членов семьи Овчинских — возможно, другие братья и сестры Мины. Но каково бы ни было на самом деле ее материальное положение, о Варшаве и у нее, и у Романа остались неприятные воспоминания^{152}.