Читаем Ромен Гари, хамелеон полностью

Евреи надеялись получить работу на фабрике по пошиву меховых изделий «Кайлис», расположенной на улицах Новогродской и Шептицкой в помещениях бывшего электропредприятия «Электрит», несмотря на тесноту рабочих мест и изоляцию, поскольку эта фабрика производила меховые куртки, зимние сапоги и перчатки для бундесвера{127}. Соответствующее разрешение на работу требовалось предъявлять вместе с удостоверением личности, выданным юденратом (органом самоуправления) гетто; оно гарантировало жизнь своему владельцу, а также его супруге (супругу) и двоим детям в возрасте до шестнадцати лет. Именно благодаря тому, что до войны Касевы занимались торговлей мехами, их щадили до 1943 года{128}. Все 3000 квалифицированных рабочих фабрики «Кайлис» имели право свободно выходить в город{129}. Но 23 сентября 1943 года немецкая полиция проинформировала юденрат, что гетто будет ликвидировано, а десять тысяч его жителей — отправлены в концлагеря на территории Эстонии и Латвии. На следующий день гетто было оцеплено. Начальник полиции Ганс Киттель приказал евреям явиться в полдень к зданию юденрата; его слова переводил на идиш глава администрации Яков Гене. Кто-то выполнил приказ, кто-то спрятался от облавы в подполе, на чердаке, в потайных комнатах.

В пять часов утра евреев колонной по пять человек в рад вывели из гетто в сопровождении группы СА. Улицы патрулировались истребительными отрядами. На улице Субоч Гас фашисты отделили мужчин от женщин и детей, проводя их через ворота в церковной ограде под крики отчаяния: мужчин оставили на улице, а женщин в окружении вооруженных солдат вывели во двор. Обе группы всю ночь простояли под дождем. В это время украинские полицаи проводили облаву на евреев в больницах и приютах; задержанных размещали вместе с женщинами и детьми. Затем немцы и литовцы начали новый отбор среди женщин и детей, еще раз пропуская их через ворота: молодые здоровые женщины-с одной стороны, дети — с другой. Со всех сторон неслись крики ужаса. Матери хотели умереть вместе со своими детьми. Их отправили в газовую камеру в Майданек.

Фотография, сделанная советскими войсками в 1944 году при освобождении лагеря в Клуге. Уцелевших еще к тому времени узников фашисты сожгли заживо. Среди несчастных были вторая жена Арье-Лейба и сводные брат и сестра Ромена Гари.

© Archives nationales de Moscou.