Читаем Ромейское царство полностью

Беспощадная решимость и жестокая предусмотрительность молодого султана были страшны. Будучи сыном султана от наложницы и опасаясь других, более законных претендентов на трон, первое, что он сделал после кончины отца — тепло принял вдову Мурада, прибывшую в турецкую столицу Эдирне, бывший Адрианополь, поздравить его с восшествием на престол, и одновременно отдал приказ своему любовнику Али-Бею умертвить ее сына, своего девятимесячного сводного брата, которого утопили в купальне. На следующий день он казнил Али-Бея за это преступление, а затем выдал обезумевшую от горя мать за одного из своих приближенных. Позже, желая избегать гражданских войн из-за престолонаследия, султан издаст зверский закон о братоубийстве, который совершенно определенно требовал: «Кто бы из моих сыновей ни наследовал трон, ему надлежит убить своих братьев в интересах порядка в мире». С этого времени таким убийствам во имя «мира и порядка» суждено будет стать кошмаром, неизбежно сопровождавшим восшествие очередного султана на престол.

О бессердечии нового государя складывали легенды, которыми была полна вся его дальнейшая жизнь неуравновешенного тирана. Ему ничего не стоило отрубить голову прислужнику, чтобы показать работавшему над портретом султана венецианскому художнику Джентиле Беллини как выглядят лицевые мышцы трупа. Разыскивая похитителя дыни из горячо любимого султанского сада, Мехмед, не раздумывая, велел резать животы работавшим в этом саду четырнадцати рабам, чтобы таким жутким способом обнаружить улику в желудке несчастного виновника. Разумеется, обессиленные ромеи, в полной мере испившие чашу унижения побежденных, стоявшие на пороге национальной трагедии, не могли ждать великодушия от подобного амбициозного, коварного, надменного правителя, который сначала дал клятву на Коране «свято блюсти мир с Городом и императором Константином всю свою жизнь», но затем отказался принять византийских послов, прибывших с дарами, а следующую мирную делегацию приказал казнить на месте.