Читаем Романтика. Вампиры полностью

Она, казалось, ничего не слышала и двигала своей рукой вверх и вниз, целуя его губы, уголок рта, ямочку на его щеке.

— Матерь Божья, да оставь же меня! — взмолился он, но губы уже плохо слушались.

Лиэм притянул Клэр к себе. Тогда она сдвинула собственные джинсы еще ниже и проделала то же самое с его.

— Сделай это! — настойчиво потребовала она.

— Девочка, девочка… — стонал он с усилившимся ирландским акцентом.

Он чувствовал, что годы отступают и он снова молод. Перед ним маячила Ирландия, трилистник, зеленое и фиолетовое море и морские птицы. Они все звали его уйти вдаль. Забрать своих любимых и уйти. Чтобы однажды вернуться.

Но они никогда не вернутся, потому что мертвы. А Клэр жива. Сохрани ее жизнь!

Они соединились, и ощущения лавиной пронеслись сквозь него, будто поток раскаленной добела лавы тек по позвоночнику в его грудь с небьющимся сердцем.

И тогда он увидел ее, свою прародительницу, идущую через заросли вереска. Старая Мэгги Кадоган, ведьма, нагнувшаяся около пирамиды из камней на холме. Ее губы шевелились. Затем Мэгги выпрямилась, огонь взметнулся вверх, и дым заполнил ее легкие. Лиэм услышал слова: «Один из моих потомков будет нести мою кровь до того, как наступят темные дни. И она вскипит в его венах и даст ему силу, которой никто не ведал прежде…»

Это ее голос звучал у него в голове.

Кровь Лиэма кипела, исходя паром, пока он не почувствовал сильное биение в грудной клетке, под ребрами и в венах, которые были столь же холодными и пустыми, как окружавшие туннели. Его легкие впервые за более чем сто лет наполнились воздухом.

— Боже мой! — шептала Клэр. — Твоя кожа… Она теплая. И твое сердце… — Она положила левую руку на его грудь. — Оно бьется, Лиэм. Оно бьется!

Он хотел говорить с ней, но огонь внутри его еще нарастал. Он был человеком. И не просто человеком, а с ведьминской кровью в жилах.

Лиэм был глубоко внутри Клэр, отбросил ее назад, на куртки, и жестко взял ее. Он был полон энергии и жара. Расплывчатый калейдоскоп цветов, звуков и запахов… Он больше не мог видеть, ощущать запах или вкус, он мог только чувствовать. Он летел, пронизывая небо, чувствовал себя кометой в огне.

— Магия любви, — прошептала она. — Одаренный…

Он был Одаренным, но не знал этого. Да и никто не знал. Однажды Лиэма уже изменили, сейчас это повторилось…

Лиэм позволил волне экстаза подняться в себе. Он чувствовал, как Клэр сжалась вокруг него, всхлипывая от волнения и удивления, — его живая женщина, его любимая.

«Я больше не один!» — думал он, и слезы текли по его лицу, оплакивая потерянных любимых и разбитые надежды, гася гнев и ненависть.

Его тело собрало все свои силы и задержалось на мгновение, прежде чем выплеснуть свою радость и жизнь в нее. Он достиг кульминации в энергии волшебства, взлетел и поплыл. Он был любим и рожден заново.

— Лиэм, Лиэм! — кричала Клэр.

Она была с ним, переживая собственные муки страсти, цепляясь за его плечи. На мгновение ему показалось, что они летят, плавая в безумной радости.

Вернувшись обратно на землю, в туннель, они покоились в объятиях друг друга, тихо постанывая. У него не было слов. Он прильнул к ней, задыхаясь и чувствуя, что его тело живет.

— Что… как… — начала она и замолчала, покрывая его лицо мягкими поцелуями. А потом было еще больше поцелуев.

Клэр была ошеломлена.

Он одевал ее быстро, как маленького ребенка. Надел на нее куртку Сэнгуина и сверху свою — для тепла. На себя накинул другую кожаную куртку, принадлежавшую Джеку. Потом взял Клэр на руки.

Лиэм не знал, что будет, но теперь мог ее спасти. Он чувствовал это. Он разобрался бы со всеми, победил бы всех монстров, людей и вампиров. У него была бы даже голова Эндрю на рассвете, если бы дело дошло до этого.

Но он ни за что не согласится снова потерять любимую женщину.

«Мойра, — думал он, — Симус, Сарайд, Эмили. И еще Мэгги Кадоган. Помогите мне!»

Лиэм пошел назад, к металлической двери, чтобы открыть ее. И она обязательно откроется. Он видел это в мыслях, когда уже приготовился к святой воде и крестам с другой стороны. Но дверь просто развалилась, превратившись в кучу ржавчины.

С другой стороны находился холм, поросший вереском, под ногами — клевер, а над головой — синее небо с пушистыми белыми облаками и золотым солнцем.

Ирландия!!!

Он обернулся и не нашел входа в туннель. Вместо него под обрывом блестело серо-зеленое море, перекатывая пенные волны. Где-то высоко-высоко кричали морские птицы. Лиэм моргнул, затем пристально посмотрел на Клэр в своих объятиях и поцеловал ее с восторгом человека, который не видел небо больше ста лет и почти потерял душу. А она ответила на его поцелуй, как женщина, у которой сбылись все мечты. Теплые губы и руки, нежная кожа, мягкие ресницы и волосы…

— Магия, — прошептала она ему в ухо. — Самая могущественная из возможностей Одаренных, твоих собратьев. Магия привела нас сюда.

Он уткнулся носом в ее щеку, потом в ее шею. Клыков больше не было, а его сердце билось, как морской прибой.

— Нет, Клэр, сюда нас привела любовь.