Читаем Робот и крест полностью

Возникновение промышленности изменило отношение к земле, распространив ее восприятие с поверхности в недра. Полезные минералы — те же дары Божьи, должны были быть обнаружены, подняты на-гора, и сделаться объектом приложения человеческих усилий и способностей. Их значение состояло в том же, в чем и смысл самой почвы — дать жизнь народу, живущему над ними. Наделить его идеи и стремления плотью, обратиться в плоть цивилизации, кровь которой — ее народ.

В отличии от обращения с почвой, состоящего в циклическом труде, переходящем из года в год, обращение с недрами часто требовало истинно героических усилий. Едва только русские геологи смогли «заглянуть» в земную глубину, они заметили не очень приятную закономерность. Большая часть русских природных богатств оказалась лежащей далеко от мест происхождения русского народа и основных мест его обитания. Что же, нет худа без добра, ведь за обладания природными богатствами часто приходится платить жизнью на норовистой, готовой взбрыкнуть земле, в сейсмически опасных районах. И то, что такие места у нас отдалены от многолюдных земель — один из Божьих даров. Остальное же можно поправить народным умом и смекалкой.

Бросок русского народа к недрам своей земли, совершенный в середине XX века можно сравнивать с Великим Броском на Восток XVI–XVIII веков. В те времена людей бросила в путь идея Богоискательства, жажда обнаружить тайный ход в Небеса на восточном краю Земли. Но почему не предположить подобной идеи и у людей середины 20 века, пусть и прикрытой идеей атеизма. Как мы уже знаем сегодня, завеса эта была весьма дырявой.

Ранние христиане размещали свои храмы в подземельях. Стремясь в Небо, они поглубже зарывались в землю. Позднее, в эпоху Раскола старообрядцы-южане, спасаясь от преследований властей, часто совершали самозакапывания (северяне восновном сжигали себя в гарях). Путь в Небеса через зарывание в земные недра имел на Руси свою давнюю историю, и вот удивительным образом он проявился в самый разгар индустриализации.

Страна обретала космическое измерение, в старых промышленных районах возникали заводы, из ворот которых выходила диковинная продукция, предназначенная уже не для Земли. А вдали от них происходило освоение недр, извлечение из них материала, должного обратиться в плотную основу броска к звездам.

Профессия геолога в те годы была окружена ореолом романтики. Городская молодежь устремлялась в тишину первозданной тайги, наполненной неведомой им видимой и невидимой жизнью.

Хрупкая девушка Лариса в лодке-плоскодонке плывет по таежной речке, внимательно осматривает ее берега. Как она не похожа на людей тайги — огромных мужиков, и подстать им — таких же увесистых баб! Кажется, что за следующим поворотом реки с ней непременно случится что-нибудь страшное. Река шутки ради опрокинет лодку, и промокшая до нитки, лишенная связи с Большой Землей Лариса, выбравшись на чужой, темный берег, окажется в лапах у какого-нибудь свирепого таежного зверя, например — медведя, которых тут видимо-невидимо. Куда ты путь держишь, девушка из центра Ленинграда, из его Семеновской Слободы?! Поворачивай назад, пока не поздно! И без речных хулиганств, и без медведей ты пропадешь в этих краях! Смотри, как нежна твоя кожа, как вкусна она для облаков гнуса, наполнившего речную долину отвратительным звоном мелких крылышек! Едва ступишь на берег — тебя уже поджидает там таежный клещ, которого невероятно трудно заметить, и укус которого безболезнен. А недели через две — смерть в страшных муках, почуешь ад еще при жизни…

Но нет, переливая страх в силу сжимающей весло руки, девушка продолжает править вперед. Ее внимание привлекает что-то на берегу, и она причаливает, позабыв и про медведей, и про клещей. Ковыряет мох, которого тысячелетия не касались человеческие пальцы, стучит молоточком. Нет, не то! Отправляется дальше.

Лишь через неделю она отыщет то, что искала — жерло давно потухшего вулкана, который миллион лет назад связал тайные глубины земных недр с Небесами, и сам ушел в Небеса облаком дыма и пыли. Теперь его отыскать тяжело — разрушенное жерло давным-давно покрылось слоями осадочных пород, поверх которых выросли таежные деревья. Само оно походило на устремленный в глубину узкий и длинный тоннель, заполненный обломками пород. Попробуй, найди такую «дудку», да еще и спрятанную, среди непролазных лесов! Кто обещал, что она примостилась аккуратно на речном берегу, где ее искать легче?!

Да и кто видел эти взрывы вулканов, кто их слышал? Их Лариса лишь предположила, и доказать верность своих мыслей теперь может лишь обнаружив подобную трубку. Может, отправляясь в эти страшные края каждый год, она будет искать так всю жизнь, а, может — и жизни не хватит.

Снова причаливание к берегу. Опять разрывание мха нежными пальчиками жительницы большого города. Дрожь, слитая с молитвой, которую в детстве она слышала от матери. И черный камушек в руках! Кимберлит… Из них бывают сложены стенки этих самых трубок.