— Что она собиралась сделать? — От рёва Ривера птицы вспорхнули с деревьев. Его глаза метали молнии, обещая скорую расправу, и Харвестер не хотелось оказаться на месте Лорелии.

— Ривер, — Харвестер понизила голос до тона, который не использовала тысячи лет, тона, который всегда успокаивал Энриета. Ну, почти всегда.

Ничто не смогло успокоить его после того, как он узнал, что она скрывала от него существование его детей.

— Они этого не сделали. Что-то пошло не так. Обмен не сработал. Но сейчас только Наблюдатель может вернуть ребёнка в утробу Лимос, но осталось мало времени. Если я не сделаю этого в течение двадцати четырёх часов, душа ребёнка вернётся на Небеса и малышка не родится.

— Малышка? — Ривер резко втянул воздух. — У меня будет внучка?

Женская потребность в продолжение рода наполнила её — примитивный, основной отклик, который она не ощущала… с момента падения.

Она думала, что все нежные инстинкты были уничтожены за проведённое в Шеуле время, но они просто были заперты в хранилище и теперь появлялись, пыльные, нерастраченные и совершенно чуждые.

— Будет, — ответила Харвестер. — Обещаю.

— Тогда делай, что должна. — Ривер вскочил на ноги, его загорелое тело было потрясающе в обнажённом виде, кожа блестела от капелек воды, которые Харвестер хотелось слизать. — Почему ты ждёшь?

— Потому что во мне нет достаточной силы. Мне нужен архангел.

— Дай-ка догадаться. — Ривер сжал руки в кулаки. — Рафаэль дёргает тебя за ниточки.

— Я согласилась стать его супругой, чтобы спасти твою жизнь. Но он не говорил, что мне придётся с ним спать. — Харвестер поднялась и принялась одеваться. — Но он использует ребёнка в качестве рычага давления. Если я с Рафаэлем пересплю, он поможет мне вернуть ребёнка Лимос. Мне также придётся помочь архангелам найти местоположение Люцифера. Я в любом случае бы это сделала, но Рафаэль посчитал необходимым внести это в наше соглашение.

— Ублюдок.

Харвестер не могла с этим не согласиться.

— Я должна это сделать. — Она потянулась и взяла Ривера за руку. — Я сделаю всё, чтобы сохранить твою жизнь и вернуть Лимос ребёнка, которого она так хотела.

— Знаю. — Ривер обнял её и притянул ближе, держа так, будто боялся её отпустить. — Но я не хочу, чтобы тебе приходилось это делать. Харвестер, я что-нибудь придумаю.

Он не мог ничего придумать. Даже ему пришлось это признать. Рафаэль доказал, что ни перед чем не остановится, чтобы получить желаемое, а сейчас он хотел Харвестер.

Харвестер не могла снова позволить Риверу рисковать собой. Он уже лишился крыльев за то, что ей помог. Она не будет наблюдать за тем, как он лишится и жизни.

Поэтому, как бы она не надеялась на существование выхода из сложившейся ситуации, на это она не рассчитывала.

Харвестер привыкла верить в судьбу. Когда-то она верила, что является с Энриетом истинными половинками друг друга. Сейчас же она не была уверена ни в чём.

Глава 29

Ривер всё ещё не разобрался в отношениях с Харвестер, когда они одевались, ведь его разум заполнил миллион других мыслей.

— Тебе есть, где остановиться? — спросила Харвестер.

— Став падшим ангелом в первый раз, я купил себе квартиру в Нью-Йорке. — Ривер пожал плечами. — Вернув крылья, я её сохранил. Никогда не знаешь, когда понадобится скрыться от любопытных взглядов. Кроме того, знаешь, как трудно найти приемлемую квартиру с хорошим видом из окна и парковочным местом на Манхеттене? Никогда не упущу эту выгоду.

— Умно, — заметила Харвестер. — И что теперь?

— Мне нужно увидеться с Аресом.

— У тебя большая возможность поймать его сыновей.

Да, но Ривер планировал не это.

— Можешь меня поднять?

Чёрт, ему было ненавистно об этом просить, но для ангела это было просто и уже через мгновение они оказались в греческом особняке Ареса и Кары.

Полуодетая парочка ласкала друг друга на полу.

— Гм… — Ривер прочистил горло.

Кара закричала и, схватив покрывало с одного из диванов, прикрылась.

В комнату ворвалась молодая адская гончая, заскользила по полу и врезалась в мраморный пьедестал.

Пьедестал пошатнулся, отправляя две книги в акробатический полёт на плитку. Арес выругался, поднялся и закрыл свою жену из поля зрения. По крайней мере, на нём были трусы.

— Есть такое понятие как дверь, — спокойно произнёс он. — Она идёт в комплекте со звонком и располагается позади вас.

Харвестер усмехнулась.

— Ты же знаешь, что я не стучу и не звоню в двери. К тому же, я твой новый Наблюдатель. Прошу любить и жаловать.

Арес наклонился и поднял копию Демоники, что упала у его ног.

— Очевидно, смена команды не улучшила твой характер.

— Очевидно, — протянула Харвестер.

Возвращение нимба ничего не изменило. Риверу это отчасти нравилось, но он всё равно оттеснил её в сторону, прежде чем полетит мех.

Пока Арес и Кара одевались, он поднял Библию и положил её на кофейный столик.

— Арес, я хотел попросить…

— Библия. — Харвестер схватила Ривера за запястье, как будто не хотела, чтобы он продолжил говорить. — Я поняла! Проклятье, Ривер, я поняла, как выбраться из этой ситуации с Рафаэлем.

Его сердце бросилось вскачь.

— Как?

Она взволнованно поднялась на цыпочки.