Читаем Ривер полностью

— Помнишь, как я сказала, что Боргейты знают, куда тебе нужно отправиться?

— Ага… и нам нужно отправиться в человеческий мир. Это не он.

— Нет, — подтвердила Харвестер. — Это мир Люцифера. Ну, по крайней мере, полагаю так, потому что чувствую его.

Песочного цвета брови Ривера взметнулись вверх.

— Так здесь, должно быть, Гэтель. — Харвестер кивнула и Ривер выругался. — Это плохо. — Он осмотрел пространство. — Или хорошо. Если подберёмся к Гэтель, то сможем её уничтожить.

— Как? Ты даже адскую крысу не способен убить, а у меня во владении лишь половина силы. Не буду упоминать тот факт, что Гэтель должны хорошо охранять.

— Я могу убить адскую крысу, — пробормотал Ривер. — Просто не могу восстановить потраченную силу после того, как мы отдали шеулгулики.

— Нет, я имею в виду, что ты не можешь пользоваться здесь силой, потому что ангел. Если бы ты сейчас был в полном боевом состоянии, всё равно не смог бы воспользоваться силой.

Он снова выругался.

— Мне нравится, как всё становится хуже и хуже.

Чувство обречённости как саван накрыло Харвестер, когда она посмотрела на город впереди — основу древнего египетского города Фивы.

Даже египетские боги были взяты от жителей этой реальности — демонов с головами животных, которые убедили примитивных людей в своей принадлежности к богам.

— Ну что ж, мы можем просто стоять здесь. Есть ли выход? Теперь, когда мы знаем, что Гэтель здесь, мы отправимся к архангелам, — сказал Ривер. Вот только Харвестер знала то, о чём он не знал.

— Да, отсюда есть выход. Выход через единственный Хэрроугейт.

Самодовольное выражение исчезло с лица Ривера. Он понимал, что Харвестер собирается сказать, но надо отдать ему должное, он пытался оставаться оптимистом, когда произнёс:

— Так, где Хэрроугейт?

Харвестер указала на город.

— В самом центре. Прямо на пороге дома Люцифера.

— Ох, ничего себе, — выдохнул Ривер.

— Ага, я того же мнения.

Путешествие в город не заняло много времени, и кроме одного демона Хорус с головой ястреба, привязавшегося к ним, протекало без осложнений.

Но когда они подошли к воротам огромного города, у Ривера появилось ощущение, что всё идёт не так уж скучно.

Демоны Кепри — гуманоиды с головами скарабеев — охраняли ворота, их тонкие усики шевелились, выискивая блюда для лакомства. Рядом стояли демоны Собекс, человеческие тела которых были слишком малы для гигантских крокодильих голов.

Ривер не сталкивался раньше с подобными демонами, которые, по словам Харвестер, не покидали этот мир, но истории об их жестокости покидали его границы.

Ривер наклонился к Харвестер и от её запаха в штанах снова зашевелилось.

— Они нас впустят?

— Конечно, — ответила Харвестер так, словно он спросил несусветную глупость. — А вот если узнают, кто мы, выйти нам будет сложно. А они, скорее всего, узнают.

Харвестер явно была из тех, у кого стакан наполовину пуст. Но она оказалась права, и стражи открыли ворота, да так широко, что мог пройти и Годзилла.

Серая наружность сменилась богатыми красными и зелёными тонами, золотыми и серебряными.

Город усеивали колонны и статуи, которые могли стоять и в Египте, и никто бы не заметил разницы.

— Очаровательное место, — пробормотал Ривер, когда они прошли мимо рынков рабов Нитулов и арен, где демоны дрались до смерти.

Харвестер с энтузиазмом кивнула, как будто Ривер произнёс это серьёзно.

— Правда? В нескольких кварталах есть паб, где подают самое лучшее гранатовое вино в Шеуле. Стоит, конечно, баснословно, но за это хочется отдать деньги. И никогда не узнаешь, что они добавляют туда кровь Кромсателя Душ.

— Звучит привлекательно.

— Я слышу сарказм. — Она поцокала. — Что говорят люди? Сарказм — низшая форма юмора.

Ривер пожал плечами.

— Только для людей, которые в это верят.

Харвестер рассмеялась, и Ривер споткнулся. Он и раньше слышал её смех, но он всегда был каким-то злым, болезненное веселье там, где нормальные люди смеяться не станут.

Но сейчас был чистый смех неподдельного восторга, который наполнил Ривера странным головокружением, как пёрышко, покалывающее сердце.

Словно тоже это почувствовав, она скользнула по нему почти скромным взглядом и криво улыбнулась роскошными губами.

Ривер ничего не сказал, потому что прекрасно понял, что, обратив внимание на что-то хорошее, превращает её обратно в ядовитую на язык торговку.

Ривер задумался, а нет ли у Призрака какой-нибудь информации по демоническому биполярному расстройству.

— Мы почти на месте, — сообщила она, потянув Ривера к обочине, чтобы их не затоптало слоноподобное существо, управляемое демоном, похожим на Анубиса.

Почти на месте. Если всё пойдёт гладко, через несколько минут они выберутся из этого кошмара. Ну, этой части кошмара.

Им по-прежнему требовалось встретиться с архангелами, и то, что те могли сделать, может превратить всё произошедшее в Шеуле, днём в парке развлечений.

Хэрроугейт располагался между двумя золотыми колоннами на вершине лестницы в сто ступеней, ведущей в здание, которое Харвестер назвала дворцом Люцифера.

— Мы сможем пройти в него?

— Сомневаюсь, — ответила Харвестер. — Гэтель, скорее всего, хорошо охраняют.