Читаем Ривер полностью

— Тссс, — шикнула на него Харвестер, оглянувшись, проходя мимо двух демонов, торгующихся в цене за рыбу. — Ривер-трусишка испугался глупых клоунов. — Она провела пальцем по ободу винной бочки, мимо которой они проходили. — Кстати говоря, как поживают Всадники?

Неловкий момент. Ривер почувствовал себя так, словно наступил на яичную скорлупу.

— Они в порядке, — настороженно произнёс Ривер. — Лимос беременна.

Харвестер оглянулась на него с удивлением во взгляде и слабым намёком на улыбку.

— Отлично. Она так долго этого хотела. — Она двинулась к следующему ряду палаток. — Они знают обо мне? А кто занял моё место Наблюдателя?

— Не знают, — ответил Ривер. — Я подумал, что если расскажу им о тебе, они захотят помочь мне в твоём спасении. — Ривер отступил в сторону, пропуская огромного демона, идущего на рынок. — А твоё место занял придурок, которого зовут Ревенант.

Харвестер резко остановилась и развернулась.

— Ревенант? Надутый, сварливый чёртов идиот?

— Похоже, ты с ним знакома.

Харвестер зарычала.

— Этот всё делающий по правилам урод десятилетиями метил на мою должность. Даже пытался меня соблазнить, как будто я отдала бы ему эту должность после множества оргазмов. Глупец.

Она так резко откинула волосы с лица, что это, быть может, было даже больно. Но Риверу хотелось, чтобы сейчас больно было Ревенанту. Просто так.

— Он знает, что не может оскорблять Лимос, не взбесив всех парней? — спросила Харвестер. — Ему нужно это знать. И он должен знать, что не стоит подходить к Битве. Жеребец Ареса терпеть не может падших ангелов. Хотя, мне бы понравилось понаблюдать за тем, как Ревенант всё это будет познавать на собственной шкуре. — Харвестер рассмеялась, будто представила всё это. — О, и я дождаться не могу, когда он свяжется с вампирами Тана. За это Танатос подвесит его на юго-западной башни своего замка.

— Такому не бывать, — ответил Ривер. — Наблюдатели получили защиту от разъярённых Всадников.

— Серьёзно? — Харвестер нахмурилась. — Я могла раз или два ею воспользоваться.

— Знаю, — тихо ответил Ривер.

— Ты ничего не знаешь, — рявкнула она.

Было приятно протолкнуться к ней через слой льда, но теперь Харвестер снова от него отгородилась.

Ривер пытался достучаться до неё, но Харвестер слишком быстро возводила стены.

Харвестер повернулась обратно и зашагала ещё быстрее, чем до этого.

— Я знаю, что Мор тебе сделал. — По крайней мере, Ривер догадывался.

— Да? Рада за тебя. Но по сравнению с тем, что сделали мой отец и его приспешники, Мор просто маленький мальчик, играющий в войнушку. Я вся сплошная травма, так что закрой рот.

Да, она это чётко дала понять. Но будучи не полным идиотом, Ривер оставил эту мысль при себе.

Харвестер остановилась возле чёрной палатки, где гуманоид нанизывала на нитку бусины, что-то при этом нашёптывая.

Харвестер заговорила с ней на языке, который Ривер не знал, а потом повернулась к нему.

— Она может снять заклятие. Но это будет стоить два шеулгулика.

Ривер понизил голос и произнёс на ухо Харвестер:

— С шеулгуликами без чар я не смогу здесь восполнить свои силы.

— Мёртвым ты тоже не сможешь восстановить свои силы, — заметила Харвестер. — Если у тебя в рюкзаке нет ничего иного, на что можно сторговаться, тогда два шеулгулика и никак иначе.

Проклятье. Это плохо. Он не в состоянии сдерживать силу или не сиять без небольшой помощи. Если он не сможет восстановиться, то не только полностью будет зависеть от Харвестер, но и действовать по её указке.

Вот такой из него спаситель.

Выругавшись, он передал шеулгулики. Владелица палатки улыбнулась так, словно выиграла в лотерею, а затем бережно положила кристаллы в кожаный мешочек, который подозрительно смахивал на кожу человека.

Чёрт, он ненавидел демонов.

Гуманоид исчезла внутри палатки, а вернувшись, принесла чашу с зелёной пастой.

— Дай свою руку, — произнесла она, и Ривер последовал приказу.

Харвестер прислонилась бедром к палатке, её поза была расслабленной и повседневной, но Ривер видел, что она наблюдает за толпой, словно ястреб, зорко обследуя тех, кто проходит слишком близко от палатки.

Она так сильно отличалась от юной, невинной Веррин, которой сколько не говори быть начеку, она всё равно отвлекалась на мелочёвку вроде бабочки, приземлившейся на цветок.

Внезапное воспоминание и нежные чувства заставили Ривера вздрогнуть, когда демон налила зелёную жижу ему в ладонь.

Она посмотрела на него, вытерла капли со своей ладони и продолжила проговаривать заклинание, от которого у Ривера заболели уши.

Он глянул на Харвестер, но если она и почувствовала его боль, то своим видом этого не выдала.

Демон закончила на высокой ноте, заставив Ривера поморщиться, а затем он чуть не закричал, когда из ниоткуда она достала золотой гвоздь и пронзила его ладонь.

— Какого… — Его перебил странный крик, когда демон выдернула гвоздь.

На землю полилась кровь, а голос демона стал хриплым лаем.

— Готово.

Кровотечение закончилось, и рана мгновенно заросла.

Харвестер оттолкнулась от палатки.

— Ты чист. Пойдём. — Она взяла Ривера за руку и побежала. — Папочка здесь.

Сердце Ривера упало в желудок.