Ко второй половине IX в. Дорестад приходит в упадок. Такое положение Дорестада отразилось на фризско-скандинавской торговле, что заметно по археологическим находкам в Каупанге, где отмечено падение фризского экспорта. Однако фризско-скандинавская торговля продолжалась, и фризы (а с ними и вожди фризских данов и в первую очередь Рёрик) должны были искать другие каналы для экспорта. Это видно на примере экспорта фризских товаров в Йорк (IJssennagger 2010: 1819, 84–85).

Согласно Саймону Коупленду Дорестад практически прекратил существование как торговый центр к 860 г. (Coupland 2010: 96). Остается сравнить эту дату с датой примерного (поскольку хронология ПВЛ весьма сомнительна) прибытия Рюрика «со всей русью» в земли славян и финнов.

Пребывание Рорика в тюрьме по ложному обвинению не улучшало его отношения к франкам, несмотря на его лояльность всем франкским императорам, соперничающим друг с другом. Предательское убийство его родича Готфрида и избиение оставшихся во Фризии норманнов в Бетуве в 885 г. указывают на судьбу, которая могла ожидать и Рорика, останься он на Западе. Едва ли он это не понимал.

Рис. 11. Карта торговых путей фризских купцов, демонстрирующая центральное положение Фризии в дальней торговле и торговые связи Дорестада с восточными землями (на основе карты из статьи Lebecq S. 'Frisons et Vikings: remarques sur les relations entre Frisons et Scandinaves aux VIe — IXe siécles, 1989)

Для вождя норманнов положение ленника было довольно унизительным и могло быть терпимым временно, в надежде вернуть датский престол. А после того, как эта надежда была потеряна, стремление стать независимым властителем, который сам раздает земли в лен, было вполне естественным для известнейшего вождя норманнов. Если у норманнов даже женщина не терпела подчинения и стремилась стать независимой властительницей, как показывает история Ауд/Унн, дочери Кетиля (Vanherpen 2013), то понятно, как должен был стремиться к независимости известнейший и прославленный конунг данов.

То, что Рёрик всю жизнь фактически провел среди фризов, и то, что он обладал эмпорием Дорестад, где чеканилась монета Каролингов, должно было показать ему роль торговли и торговых путей. Поэтому не случайно, видимо, русы на Востоке больше занимались торговлей, чем набегами. Кроме того, в Дании Рёрик был конунгом-изгоем, а, как отметил Дж. Д. Шафер (Shafer 2009: 273), на Восток чаще шли конунги и ярлы — изгои. И во «Фрагменте о древних конунгах» Ауд с сыном Харальдом Боезубом в поисках убежища бежит на Русь к конунгу Руси Радбарду.

Кстати, похоже, что фризы готовы были терпеть норманнов, пока те были многочисленны и сильны, могли защищать побережье от викингов и держать в узде местную знать. Возможно, именно уход большей части норманнов и поддерживавших их фризов с Рёриком в период 860–879 гг. в земли финнов и восточных славян спровоцировал расправу франков и фризов-христиан с оставшимися норманнами Готфрида в 885 г, к тому же ввязавшегося во внутриполитические интриги франков.

6.3. Образование государства на Руси и «фризские даны» Рюрика

Основным аргументом антинорманистов против важной роли норманнов в создании предпосылок будущей государственности является более позднее оформление государственности в Скандинавии по сравнению с Русью. И сразу возникает вопрос: как могли скандинавы заложить основы государственности на Руси, если не имели о ней понятия, поскольку в Скандинавии она еще не сложилась.

Кроме того, заявляется, что никто не может принести государственность извне. Последнее утверждение, несомненно, верно. Но вот не принести извне государственность, а заложить ее основы в землях восточных славян и финнов вполне могли скандинавы, но только те скандинавы, которые почти 70 лет провели на землях одной из самых мощных империй Средневековой Европы.

Если принять гипотезу тождества Рюрика и Рёрика Фрисландского, то параллели между организацией власти в IX в. в Дании, в империи франков и у русов Рюрика становятся понятны.

«…Ее [гипотезы о тождестве Рюрика и Рёрика Фрисландского — О. Л. Губарев] принятие ведет к существенным корректировкам представлений о древнерусском политогенезе: если в Восточную Европу пришел предводитель, хорошо знакомый (как люди из его окружения) с опытом франкского государственного управления (фактически бывший долгое время наместником франкской провинции), то именно это могло стать одной из причин успешной деятельности Рюрика и его преемников по установлению системы властвования, охватившей всю восточнославянскую территорию и приведшей к формированию крупнейшего в Европе государства. В этом случае нужно говорить об опосредованном франкском влиянии на формирование древнерусской государственности» (Горский 2014: 28).

«Фризские даны» Хальфдана, Харальда Клака и Рёрика провели на территории империи франков во Фризии время с 807 г. до 885 г. В 807 г. Карлом Великим Хальфдану, вероятно, был выдан первый бенефиций (Coupland 1998: 88).