Читаем Рюрик Скьёльдунг полностью

С другой стороны, отмеченное сходство инвентаря двух погребений и погребального ритуала ставит вопрос о возможности более ранней датировки, поскольку наиболее тесные контакты с империей франков в течение почти 70 лет имели место именно у «фризских данов» Харальда и Рёрика. А последние норманны во Фризии были перебиты в Бетуве после убийства Готфрида, родича и наследника Рёрика, в 885 г. После чего все сообщения о норманнах в империи франков прерываются, и больше сведений о «фризских данах» в анналах франков нет.


6. Рюрик и «фризские даны» до прихода в земли славян и финнов


6.1. Норманны, фризы и франки

На южной границе Ютландии, там, где конунг Готфрид построил Датский вал (Dannevirke), столкнулись интересы и исторические судьбы трех народов — франков, западных славян и норманнов-данов. Эта область за Датским валом в работах ряда историков обозначена как «пограничье» (Warners 1994; Garipzanov 2008).

После смерти Готфрида в 810 г. в Ютландии началась борьба за верховную власть между сыновьями Готфрида и сыновьями Хальфдана, в которой последние ориентировались на помощь христианской империи франков, франки только что закончили завоевание Фризии, последний король которой — Редбад, которого некоторые древнефризские легенды называют даном (Пріцак 1997: 513), до самой своей смерти в 719 г. упорно сопротивлялся христианизации фризов. Согласно устной традиции, записанной в Codex Unia, там также указывается, что последний король фризов был даном по происхождению (Bremmer 2014: 47).

Отношения между фризами и данами были сложными. С одной стороны, фризы-язычники, не желавшие подчиняться франкам и не смирившиеся с потерей независимости, были естественными союзниками данов. С другой стороны, покоренные франками и обращенные в христианство фризы получили определенную автономию и привилегии в границах империи и были врагами данов, совершавших опустошительные набеги на Фризию.

Балтийские славяне были объединены в два племенных союза, ненавидевших друг друга и боровшихся друг с другом, — ободриты (бодричи) и вильцы (лютичи). Первые из них были Карлом Великим поставлены в зависимость от франков и стали их союзниками. Соответственно вильцы, их враги, стали союзниками данов, врагов франков, опасавшихся за свою независимость после разгрома франками саксов и опустошения их земель. Борьба франков и данов началась с похода Годфреда на Фризию в 810 г. Поход был успешным, земли фризов-христиан были опустошены, и Годфред угрожал столице франков Ахену. Причем Карл Великий воспринял эту угрозу вполне серьезно. Но со смертью Годфреда все изменилось. В Ютландии началась гражданская война между кланом Харальда Клака, ставшего королем, и сыновьями Годфреда, вынужденными на время бежать из страны.

Судя по всему, первая попытка установить дипломатические отношения с франками и опереться на мощь империи франков в борьбе с врагами внутри датских земель была сделана еще при конунге Сигфриде, отправившем к франкам послом некоего Хальфдана в 782 г. Этот Хальфдан, возможно, получил в 807 г., как сообщает Poeta Saxo, земли в бенефиций от Карла Великого. Во всяком случае, сын Хальфдана Хемминг погибает в 837 г., защищая остров Валхерен, который позже был владением Рёрика Фрисландского, от набега викингов (Coupland 1998: 87). А согласно хронике, рассказывающей о введении христианства в Дании во время набега Готфрида в 810 г. на Фризию, им был убит хавдинг Рорик, имевший владения во Фризии, скорее всего, тоже родич Хальфдана (Heims Kringla 1697: 220), поскольку имя Рорик принадлежало, как показал Молчанов, клану Скьёльдунгов, потомков Хальфдана (Молчанов 1992).

Видимо, чувствуя ненадежность своей власти, король данов Харальд Клак с родичами и знатью обратился за помощью к империи франков и принял в 826 г. крещение при дворе императора Людовика Благочестивого. Этому событию посвятил большую поэму Эрмольд Нигелл (Эрмольд Чёрный). Император также, опасаясь неудачного для Харальда исхода междоусобной борьбы, которая позволяла франкам вмешаться и подчинить данов своему влиянию, выделил Харальду область Рустрингию во Фризии в качестве бенефиция и возможного убежища.

Вернувшиеся из изгнания сыновья Годфреда захватили верховную власть, и Харальду пришлось укрыться в Рустрингии (Melleno 2017: 375). В дальнейшем Харальду и его брату (или племяннику) Рёрику были выделены императором в бенефиций важный имперский эмпорий Дорестад с прилегающими землями и остров Валхерен под условием защиты побережья от викингов и уплаты податей с этих владений в казну.


Рис. 10. Карта владений вождей «фризских данов», предоставленных им в качестве бенефиция императорами франков (из книги L. van derTuuk. Noormannen in de Lage Landen, 2008)


Перейти на страницу:

Все книги серии Parvus libellus

Годунов в кругу родни
Годунов в кругу родни

День рождения и имя собственное — едва ли не самый очевидный зачин для рассказа о судьбе того или иного исторического лица. Однако обратившись к эпохе, которую принято называть Смутным временем, мы вдруг обнаруживаем, что далеко не всегда эти имена и значимые даты нам известны, даже если речь идет о правителях, не один год занимавших московский престол. Филологическое расследование требует здесь почти детективного подхода, но именно оно позволяет увидеть совершенно неожиданные стороны духовной и обиходной жизни Московской Руси. Главными героями нашей книги стали Борис Годунов и члены его семьи, но речь здесь пойдет отнюдь не только о них — мы попытаемся рассказать о расцвете и упадке целой традиции многоименности, охватывающей несколько столетий и столь много значившей для человека русского Средневековья.

Федор Борисович Успенский , Анна Феликсовна Литвина

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Рюрик Скьёльдунг
Рюрик Скьёльдунг

О первом князе Руси Рюрике из летописей мы знаем очень немного. Рюрик в «Повести временных лет» является легендарной личностью. Но главное в летописи все же сказано: согласно летописи, Рюрик «со всей русью» пришел из-за моря, то есть с Запада. Поэтому неудивительно, что историки еще в XIX веке начали поиски такой исторической фигуры на Западе, которую можно было бы связать с Рюриком. На эту роль, по мнению очень многих историков, подходит вождь норманнов Рёрик Фрисландский.Гипотеза о тождестве Рюрика и Рёрика Фрисландского позволяет ответить на большинство вопросов и многое объяснить. В пользу данной идеи пока существуют в основном косвенные аргументы, ко только эта гипотеза подтверждается археологическими находками в Старой Ладоге, куда, судя по всему, и пришел Рюрик со своими «фризскими данами».

Олег Львович Губарев

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Повседневная жизнь советского разведчика, или Скандинавия с черного хода
Повседневная жизнь советского разведчика, или Скандинавия с черного хода

Читатель не найдет в «ностальгических Воспоминаниях» Бориса Григорьева сногсшибательных истории, экзотических приключении или смертельных схваток под знаком плаща и кинжала. И все же автору этой книги, несомненно, удалось, основываясь на собственном Оперативном опыте и на опыте коллег, дать максимально объективную картину жизни сотрудника советской разведки 60–90-х годов XX века.Путешествуя «с черного хода» по скандинавским странам, устраивая в пути привалы, чтобы поразмышлять над проблемами Службы внешней разведки, вдумчивый читатель, добравшись вслед за автором до родных берегов, по достоинству оценит и книгу, и такую непростую жизнь бойца невидимого фронта.

Борис Николаевич Григорьев

Детективы / Биографии и Мемуары / Шпионские детективы / Документальное