— Отставить панику, — примерился Сиплый к роли командира. — В соответствии с последней директивой штаба, пищу каждый добывает в бою.

— Чего?! — у Хлора даже дыхание сбилось.

— Чего слышал. Халявная жратва отменяется. Теперь так — что отбил у врага, тем и сыт. Думаешь, начальству здешнему охота задарма твоё брюхо наполнять?

— Так ведь это… уговор-то…

— Обстановка изменилась, — развёл Сиплый руками. — Ресурсов не хватает. Остаётся только уповать на провидение и на то, что пошлют нас в рейд по фермам. А если нет, — он вытащил нож и проверил остроту заточки, — успевай резать филе с тел поверженных врагов.

Шутка была встречена одобрительным гоготом.

— Тьфу блядь! Трепло, — разозлился Хлор и вернулся к своим делам, не склонный более продолжать беседу.

Спустя пять минут в дверях появился Кирка.

— Отряд, в ружьё! — скомандовал он, размашисто шагая к своей койке. Поднял стоящий у изголовья АК-74М и передёрнул затвор. — Живо все на выход! Пора отрабатывать гонорар!

Глава 8

— А ну заткнулись! — проревел Кирка бойцам, набившимся в кузов и теперь активно обсуждающим различные гипотезы на тему предстоящей операции. — Слушай вводную. Итак, мы сейчас выдвигаемся в Морозовку. Это руины посёлка в пяти километрах на северо-восток. Разведка сообщила, что из Сергача идёт караван с боеприпасами для центровых. Караван небольшой, но охраняется серьёзно. В составе два грузовика, броневик с крупным калибром и пара лёгких костотрясов с пулемётами. Народу — около дюжины. В головной машине должен быть наш человек. Его нужно сохранить. Маршрут известен. Хлор! Тебе, блядь, не интересно?

— Пожрать сегодня дадут?

— Завали ебало и вникай! Так, наша задача — перехватить этот караван. По возможности отбить груз. В случае невозможности — уничтожить. За первый сценарий Бульдозерист обещал каждому премию в двести монет.

Воздух под тентом завибрировал от довольного мычания.

— Если получится ещё и транспорт захватить не особо раскуроченный, то сверху накинут отдельно, по результату. Трофеи со жмуров наши. Всё ясно?

— Да, само собой, без базара, — закивали вокруг.

— А чего ждём-то? — поинтересовался седой мужик с роскошными переходящими в бакенбарды усами, вооружённый АК-107 и упакованный в дорогущую снарягу с головы до пят.

— Открывалку.

— Чего?

— Гранатомёты. РПГ нам притащить должны, четыре штуки, и ящик выстрелов. Или ты броневик хуем вскрывать собрался? О! Легки на помине, — Кирка спрыгнул на землю и помахал двум семенящим к грузовику бойцам. — Живее-живее давай! Паралич разбил что ли? Сюда клади.

Бойцы подняли деревянный ящик и затолкали его в кузов.

— Тут выстрелы, — пояснил один из них, снимая с плеча и передавая Кирке гранатомёт. — Гематома распорядился в пути не открывать, а то мало ли… Был уже случай.

— Что за случай? — спросил Сиплый, недоверчиво прищурившись.

— Уронил тут один мудак такую колотушку, а та возьми да ёбни. Четыре трупа, семеро раненых. Во как.

— Зашибись, — процедил Кирка сквозь зубы и сплюнул. — А здесь чего? — указал он пальцем на небольшой бидон.

— Харч. Горячий.

— Вот это дело, — потёр ладони Хлор. — Когда жрать будем?

— Ты задрал уже, — рыкнул на него Кирка. — Передай в конец. И котелки. Ну, всё? Тогда отчаливаем, — Он запрыгнул в кузов и поднял задний борт. — Разбудите водилу.

Седой, устроившийся возле кабины, дважды стукнул кулаком в помятую жесть. Двигатель чихнул и, раскочегарившись, потащил набитый людьми грузовик за ворота.

— Кстати, новичок, — обратился к Стасу Кирка, — ты с личным составом успел познакомиться?

— Нет ещё.

— Как же так? А если я отдам приказ — «Хлора в расход», что ты делать будешь?

— За что, командир? — промямлил тот нарочито обижено.

— Для профилактики.

— Ну, Хлора я знаю, — ответил Стас. — Так что приведу в исполнение. С Сиплым тоже знаком.

— Бля, не повезло мне, — усмехнулся медик.

— Ладно, давай остальных представлю. Значит так, — Кирка указал на усатого головореза, недавно интересовавшегося причиной задержки, — это Барон. Его легко запомнить. Больше шмоток ценит только баб. Кумач, наш красавчик, — палец переместился в сторону здоровяка с обожженной физиономией. — Прямая противоположность. К шмоткам равнодушен, с бабами груб.

— За это они меня и любят, — усмехнулся Кумач.

— А что им остаётся? — согласился Кирка. — Поп, правда, не настоящий, исповедоваться бесполезно, — хмурый бородач в чёрном облачении кивнул, приветствуя новичка. — Ганс, — коротко стриженый белобрысый парень со строгими чертами лица чуть привстал со скамьи. — Считает себя арийцем. Мечтает соорудить передвижную газовую камеру. Как там её?

— Газенваген, — подсказал белобрысый. — Очень полезная вещь, экономит патроны. Нужно только проблему с герметичностью решить.

— Ну да. Туз. С этим не играй.

— Я давно завязал, командир, — ответил сухощавый мужик лет сорока и поднял от цевья СВД левую руку с культями на месте мизинца и безымянного. — Ты же знаешь.

— Рассказывай, — отмахнулся Кирка и продолжил: — Баян.

— Это не кличка, — уточнил круглолицый наймит, жизнерадостно скалясь, от чего и так узкие глаза превратились в щёлки.