Читаем Рембрандт полностью

Я продолжаю анализировать картину в деталях. За описанными двумя фигурами копошится отряд стрелков, выходящий в беспорядке из темного помещения, со ступеней перрона. Один из стрелков на полу, вправо от капитана, заряжает на ходу ружье. Он весь в красном – только чулки табачного цвета. Оранжевое перо украшает пурпуровую шляпу. Его пороховницу, подвешенную на металлической цепи, несет мальчик в каске, бегущий рядом с ним, по направлению к лестнице, по которой все должны будут спуститься вниз. Это – левый край картины, считая направление от зрителя. Над мальчиком человек в каске, держащий перпендикулярно свою длинную алебарду, вероятно, один из сержантов отряда, сидит на каменной баллюстраде, с ногою, скрытою за человеком в красном. Эта фигура слегка обрезана рамою картины. В порядке описания мы следуем за Бюргером, отлично её изучившим. Переходя к её крайней правой стороне, правой от зрителя, мы видим барабанщика Яна ван Кампора, также частью обрезанного рамою картины. Перед нами только половина хорошо выписанной большой головы этого человека, в шляпе с приподнятыми полями. Ярко освещаемая рука его бьет в барабан. Несколько выше его, один из сержантов, с алебардою на плече, протягивает правую руку в жесте одушевленного разговора, а не приказания, как думает Бюргер. Он одет в черный костюм, с широким плиссированным фрезом, с большой черной шляпой, украшенной темными перьями. Лицо выражает серьезную мысль и выписано великолепно. Всю эту правую часть картины, между лейтенантом и барабанщиком, обнимает светотень. В ней можно различить, за плечом лейтенанта, человека в каске, который, по всем вероятиям, заряжает ружье. Некоторые исследователи полагают, что он оглядывает своё оружие. Другие, как Бюргер, думают, что солдат прицеливается. Над протянутою рукою сержанта изображен человек в круглой шляпе, с прямыми перьями, в серо-зеленоватом костюме. Дальше несколько других голов, в касках или в шляпах, и над ними целый лес пик. С третьего плана картины продолжают спускаться новые струи людей. Голов очень много, отчетливых и едва различимых. Вблизи барабанщика лает собака, затерянная в тени. Молодой стрелок, за капитаном, быстро повернулся. Мы видим вытянутую ногу его в профиль и часть каски, украшенной листьями. Между головами капитана и лейтенанта мы различаем конец его ружья. Ружье только что выстрелило и виден дымок. Сзади человек в коричневой шляпе отстраняет рукою ствол. Наконец, над всею картиною высится знаменосец Ян Фиссер Корнелисен, в кафтане с поясом и плащом, расшитым золотом. У него большая серая шляпа с перьями белого и коричневого цвета. Своё знамя он держит высоко, и голова его господствует над другими. Бюргер отмечает ещё несколько фигур, в том числе красивую фигуру бородатого стрелка над человеком в красном одеянии, и фигуру над капитаном в большой шляпе, с зелеными перьями. Всё остальное теряется во мраке.

Перейти на страницу:

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Маркиз де Сад , Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное