Читаем Регина. 2 часть (СИ) полностью

Вожак гарантировал мне защиту как члену стаи, но что волки могут противопоставить тому, кого даже не чуют? И я не хочу, чтобы за меня умирали те, кто мне дорог. И очень-очень сильно хочу жить.

Что мне делать?

А вдруг всё это уловка, чтобы запугать меня и чтобы я окончательно перешла на сторону сенсея? Он тоже ведёт какую-то свою игру, смысл которой мне не ясен. О как всё сложно-то, когда не обладаешь всей информацией! Я подавила стон.

Я должна решиться, кому довериться: сенсею или Астаху? Мне одной не решить этой проблемы. Сенсей не вызывает доверия. Кто я ему? Никто. Не хочу быть игрушкой в чужих руках. А Астах... я так боюсь за него. Он ведь, не раздумывая, бросится на мою защиту, даже на неизвестного противника, который заведомо сильнее его. И, наверняка, погибнет...

Тот, кого я люблю, достоин жить. Я ласково обвела контуры лица любимого, не касаясь. И жить долго и счастливо даже без меня. Мой возлюбленный. Душа моя. Как же ты прекрасен и изящен, как совершенное произведение искусства. И я говорю не только о внешности или духовных качествах. Глупо разрывать живое существо на части: дух - это хорошо, а тело неважно, или наоборот, тело прекрасно, а что такое душа вообще?

Человек представляет собой единое целое, неделимое и сочетание всех его частей даёт совершенный рисунок уникального существа. Его можно любить или не любить. Дело за тобой. Я выбрала любить. Любить его таким. Каков он есть, не раздирая на части: вот это мне нравится, а вот от этого стоит избавиться.

Я осторожно и нежно запечатлела поцелуй на открытой коже груди своего любимого. Проснулся. Несмотря на страхи, я улыбнулась.

- Ты чего не спишь? - спросил хриплым со сна голосом.

- Просто проснулась. Спи.

Он привлёк меня к себе поближе, поцеловал в макушку и снова уснул. Явно этот некто или нечто (потому что те, из кого создают убийц перестают быть людьми: одностороннее пестование способностей приводит к выгоранию личности. У таких существ остаётся лишь один смысл - найти и убить) наслал магический сон на окрестности. Что я могу ему противопоставить?

Я тихонько выбралась из объятий Астаха, подошла к подоконнику и прочертила пальцем невидимую линию - простейший знак отрицания, вроде "меня здесь нет". То же самое сделала с другим окном. Подумала-подумала и не стала чертить на пороге комнаты. Я всё равно не успею обежать весь дом, чертя защитные знаки. Чувствую, он близко.

Астах зашевелился, привстал на локте.

- Регина, ты что ворожишь? С ума сошла? Сейчас сюда сбежится полквартала!

Ага, значит, мою магию Астах чует.

- Ты что-нибудь ощущаешь помимо моей магии? - задала я вопрос.

Мой возлюбленный то ли принюхался, то ли прислушался, потом отрицательно мотнул головой.

- Нет. Хотя, стой!..

Он резко, но плавно поднялся, также тихо задвинул меня в угол и встал передо мной, весь напрягшийся. Он почуял того, кто несёт смерть. Несущий стоял на крыше перед моим окном. Он стоял, чуть наклонив голову, и рассматривал нас. Порывистый ветер с дождём лишь слегка трепал его свободные чёрные одежды. Это несоответствие напугало меня ещё сильнее.

Он приблизился к окну вплотную, усмехнулся, глядя на мою слабенькую попытку защититься с помощью способностей, и издевательски постучал костяшками пальцев по новенькому стеклопакету. Окно папа недавно заменил.

Существо не открывало рот, но я услышала голос.

- Регина, выходи-и-и.

- Регина, стой на месте и прекрати бояться! - шёпотом приказал Астах.

Оказывается, я сделала непроизвольный шаг вперёд и упёрлась в спину своего парня.

- Он наслаждается страхом. Я чую. Что бы он ни говорил, не двигайся, если бы он мог войти, он бы давно был здесь.

Я с ужасом поняла, что он банально может войти через окно другой комнаты, не защищённой магией. Как только эта мысль отзвучала у меня в голове, убийца магов исчез.

- Астах! Он зайдёт с другой стороны! - заверещала я.

Астах схватил, не оборачиваясь, меня за руку и пребольно ущипнул. От боли и обиды (он никогда не причинял мне боли даже случайно) я немного пришла в себя. А существо стояло всё там же и ухмылялось.

- Ты в моей власти, - пропело оно и надавило на стекло.

Астах оттолкнул меня от себя, освобождая место для маневра. Он что собирается с ЭТИМ драться?! Он же умрёт!

Меж тем хрупкий стеклопластик легко поддался, отделился от рамы и цельным куском выпал внутрь комнаты.

Я заорала. Комнату наполнила непроглядная тьма и оглушающая тишина. Я перестала чувствовать своего Астаха. Моего Астаха!

- Нет! Не-ет! Никогда!!!

Я лишь хотела, чтобы в комнате зажёгся свет, чтобы увидеть, где мой Астах. Но вместо маленького огонька спальня осветилась нестерпимо ярким светом, многократно отражённым от стен и потолка. Кто-то заорал нечеловеческим голосом. Я увидела тянущиеся ко мне руки и потеряла сознание.

***

Перейти на страницу:

Похожие книги

Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература