Читаем Реформация полностью

Получив такую власть, духовенство впервые регламентировало религиозные обряды. «Все домашние должны посещать проповеди в воскресенье, за исключением тех случаев, когда кто-то остается дома, чтобы ухаживать за детьми или скотом. Если проповедь читается в будние дни, все, кто может, должны приходить». (Кальвин проповедовал три-четыре раза в неделю). «Если кто-то придет после начала проповеди, пусть его предупредят. Если он не исправится, пусть заплатит штраф в три су».32 Никто не должен был быть отлучен от протестантских богослужений на основании того, что у него другое или частное религиозное вероучение; Кальвин, как и любой папа, отвергал индивидуализм веры; этот величайший законодатель протестантизма полностью отверг тот принцип частного суждения, с которого началась новая религия. Он видел, как Реформация распалась на сотню сект, и предвидел, что их станет еще больше; в Женеве он не потерпел бы ни одной из них. Там группа ученых-богословов сформулирует авторитетное вероучение; те женевцы, которые не смогут его принять, будут вынуждены искать другую среду обитания. Постоянное отсутствие на протестантских службах или отказ от Евхаристии были наказуемы. Ересь снова стала оскорблением Бога и изменой государству и должна была караться смертью. Католицизм, проповедовавший такой взгляд на ересь, в свою очередь стал ересью. С 1542 по 1564 год пятьдесят восемь человек были преданы смерти, а семьдесят шесть — изгнаны за нарушение нового кодекса. Здесь, как и везде, колдовство было смертным преступлением; за один год, по совету консистории, четырнадцать предполагаемых ведьм были отправлены на кол по обвинению в том, что они уговорили сатану поразить Женеву чумой.33

Консистория не делала различий между религией и моралью. Поведение должно было регулироваться так же тщательно, как и вера, ибо правильное поведение было целью правильной веры. Сам Кальвин, строгий и суровый, мечтал о таком обществе, которое было бы настолько хорошо регламентировано, что его добродетель подтвердила бы его теологию и посрамила бы католицизм, породивший или терпевший роскошь и распущенность Рима. Дисциплина должна стать основой личности, позволяющей ей подняться из низменности человеческой природы до возвышенного роста покорившего себя человека. Духовенство должно подавать как пример, так и наставления; оно может жениться и рожать детей, но должно воздерживаться от охоты, азартных игр, пиров, торговли и светских развлечений, а также принимать ежегодные посещения и нравственный контроль со стороны своих церковных начальников.

Для регулирования поведения мирян была установлена система посещений домов: тот или иной старейшина ежегодно посещал каждый дом в закрепленном за ним квартале и расспрашивал жильцов обо всех сферах их жизни. Консистория и Совет присоединились к запрету азартных игр, карточной игры, сквернословия, пьянства, посещения кабаков, танцев (которые в то время дополнялись поцелуями и объятиями), непристойных или нерелигиозных песен, излишеств в развлечениях, расточительности в жизни, нескромности в одежде. Допустимый цвет и количество одежды, а также количество блюд, разрешенных к употреблению во время трапезы, были определены законом. Украшения и кружева не одобрялись. Женщину сажали в тюрьму за то, что она укладывала волосы на неподобающую высоту.34 Театральные представления ограничивались религиозными пьесами, да и те были запрещены. Дети должны были быть названы не в честь святых католического календаря, а предпочтительно в честь персонажей Ветхого Завета; один упрямый отец отсидел четыре дня в тюрьме за то, что настаивал назвать своего сына Клодом вместо Авраама.35 Цензура печати была заимствована из католических и светских прецедентов и расширена (1560 г.): запрещались книги с ошибочной религиозной доктриной или с аморальными наклонностями; под этот запрет впоследствии попали «Эссе» Монтеня и «Эмиль» Руссо. Неуважительное отношение к Кальвину или духовенству считалось преступлением.36 Первое нарушение этих предписаний наказывалось выговором, последующие — штрафом, постоянное нарушение — заключением в тюрьму или изгнанием. Блуд должен был караться изгнанием или утоплением; прелюбодеяние, богохульство или идолопоклонство — смертью. В одном необычном случае ребенку отрубили голову за то, что он ударил своих родителей.37 В 1558–59 годах было возбуждено 414 дел за нравственные преступления; в период с 1542 по 1564 год было совершено семьдесят шесть изгнаний и пятьдесят восемь казней; общее население Женевы составляло тогда около 20 000 человек.38 Как и везде в XVI веке, для получения признаний или показаний часто применялись пытки.