Читаем Реформация полностью

Наиболее радикальная из новых сект получила название анабаптистов (Wiedertäufer, вновь крестящие), поскольку настаивала на том, что крещение, если оно было принято в младенчестве, должно быть повторено в зрелом возрасте, а еще лучше отложить его, как Иоанн Креститель, до тех пор, пока зрелый человек не сможет осознанно и добровольно исповедовать христианскую веру. Внутри этой секты существовали свои секты. Те, кто следовал за Гансом Денком и Людвигом Хетцером, отрицали божественность Христа: Он был лишь благочестивейшим из людей, искупившим нас не крестными муками, а примером своей жизни.47 Денк превозносил индивидуальную совесть выше церкви, государства и самой Библии. Большинство анабаптистов переняли пуританскую строгость нравов и простоту манер и одежды. Развивая с поспешной логикой идею Лютера о христианской свободе, они осуждали любое управление силой и любое сопротивление ей силой. Они отвергали военную службу на том основании, что лишение человека жизни неизменно греховно. Как и первые христиане, они отказывались приносить присягу, не исключая клятвы верности князю или императору. Их обычным приветствием было «Мир Господень да пребудет с вами» — отголосок еврейского и мусульманского приветствия и предтеча квакерского. В то время как Лютер, Цвингли, Кальвин и Нокс соглашались с папой в абсурдности религиозной терпимости, анабаптисты проповедовали и практиковали ее; один из них, Бальтасар Хюбмайер, написал первую ясную защиту этой идеи (1524).48 Они избегали государственной службы и любых судебных тяжб. Они были толстовскими анархистами за три века до Толстого и через столетие после Петра Чельчика, от которого они, возможно, и почерпнули свое кредо. Сознательно или невольно унаследовав доктрину богемских таборитов или моравских братьев, некоторые анабаптисты провозгласили общность благ;49 некоторые, если верить враждебным летописцам, предлагали общину жен.50 В целом, однако, секта отвергала любое принудительное разделение благ, выступала за добровольную взаимопомощь и считала, что в Царстве Небесном коммунизм будет автоматическим и всеобщим.51 Все группы анабаптистов были вдохновлены Апокалипсисом и уверенным ожиданием скорого возвращения Христа на землю; многие верующие утверждали, что знают день и час Его пришествия. Тогда все нечестивцы — в данном случае все, кроме анабаптистов, — будут сметены мечом Господним, а избранные будут жить во славе в земном раю без законов и брака, изобилуя всеми благами.52 Таким образом, подающие надежды люди укрепили свои силы против труда и моногамии.

Анабаптисты появились сначала в Швейцарии. Возможно, пацифистское христианство просочилось к ним от вальденсов из Южной Франции и бегардов из Нидерландов. То тут, то там, как, например, в Базеле, несколько интеллектуалов поддерживали идею коммунистического общества. Коммунистические пассажи в «Утопии» Мора, возможно, взволновали ученых, собравшихся вокруг Эразма. Три члена этого кружка стали лидерами анабаптистов: Конрад Гребель и Феликс Манц из Цюриха, а также Бальтасар Хюбмайер из Вальдсхута, расположенного через границу в Австрии. В 1524 году Мюнцер посетил Вальдсхут, Карлштадт приехал в Цюрих, и в Цюрихе образовалась секта анабаптистов под названием «Духовники» или «Братья». Она проповедовала крещение взрослых и пришествие Христа, отвергала церковь и государство и предлагала отказаться от процентных сборов, налогов, военной службы, десятины и клятв.

В это время Ульрих Цвингли завоевывал Большой Цюрихский собор своими протестантскими взглядами, которые предусматривали контроль религии со стороны светских властей. Он умолял «Братьев» ослабить свою антипатию к государству и практиковать крещение младенцев, но они отказались. Совет вызвал их на публичный диспут (17 января 1525 года); не сумев обратить их, он постановил, что родители некрещеных детей должны покинуть город. Анабаптисты осудили Собор, назвали Цвингли старым драконом и прошли по улицам с криками: «Горе Цюриху!»53 Их лидеры были арестованы и изгнаны, что позволило им распространять свои доктрины. Сен-Галль и Аппенцелль подхватили движение; Берн и Базель были взбудоражены им; Хюбмайер привлек к своим взглядам почти весь Вальдсхут. В Аппенцелле 1200 мужчин и женщин, приняв буквально слова Христа — «Не думайте, что вам есть», — сели и ждали, когда Бог придет и накормит их.54

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Палеолит СССР
Палеолит СССР

Том освещает огромный фактический материал по древнейшему периоду истории нашей Родины — древнекаменному веку. Он охватывает сотни тысяч лет, от начала четвертичного периода до начала геологической современности и представлен тысячами разнообразных памятников материальной культуры и искусства. Для датировки и интерпретации памятников широко применяются данные смежных наук — геологии, палеогеографии, антропологии, используются методы абсолютного датирования. Столь подробное, практически полное, обобщение на современном уровне знания материалов по древнекаменному веку СССР, их интерпретация и историческое осмысление предпринимаются впервые. Работа подводит итог всем предшествующим исследованиям и определяет направления развития науки.

Александр Николаевич Рогачёв , Зоя Александровна Абрамова , Павел Иосифович Борисковский , Николай Оттович Бадер , Борис Александрович Рыбаков

История