Читаем Ребенок Сары полностью

Ужин прошел в звенящей тишине. Сара не стала интересоваться, где муж провёл эти дни и почему он принял такое решение, он тоже не выказал особого желания сообщать жене об этом. Роум говорил, что хочет спать с ней, но когда они стали укладываться на ночь, Сара поняла, что, скорее всего, он имел в виду прямое значение этого слова. Впервые за долгое время Роум ушёл в свою комнату. Сара старалась не показывать своего разочарования, понимая, какое потрясение ему пришлось пережить. Однако ей не хватало его. Без мужа было одиноко, кровать стала слишком большой и холодной. Хуже того, беременность оказывала на тело Сары странное воздействие, усиливая её физические желания, как и упоминалось в брошюре, что дала ей доктор Истервуд. Саре хотелось, чтобы Роум не просто спал рядом с ней, а ещё и занимался с ней любовью.

Через два дня в магазине появился Макс.

— Давай пообедаем вместе, — пригласил он.

Сара искоса взглянула на него, успев заметить в его взгляде едва скрываемую заботу. Она кивнула и крикнула Эрике, что пошла обедать.

Макс привел её в маленький уютный ресторанчик. Для обеда было рановато, поэтому они оказались единственными посетителями, если не считать уткнувшегося в газету мужчину в углу. Они сделали заказ. Едва лишь официантка отошла от столика, Макс окинул Сару изучающим взглядом.

— Тебе плохо?

— Нет, конечно, — вздрогнув, возразила она.

— Я просто хотел удостовериться. Видишь ли, Роум последние два дня ночевал у меня, и, судя по виду, был близок к самому настоящему сумасшествию.

Так вот где он прятался. Сара поблагодарила Макса, испытывая глубочайшую, искреннюю признательность.

Тот ответил ей улыбкой, способной растопить лёд.

— Милая моя девочка, если уж на то пошло, ради тебя я готов сразиться с самим дьяволом. Скажи мне, чем я могу тебе помочь?

— Думаю, тебе известна подоплёка происходящего?

Он кивнул.

— Как я уже говорил, Роум был в шоке. Я пытался предложить ему чаю, но он упорно не хотел ничего брать в рот, поэтому пришлось переключиться на скотч. Я не собирался его поить, — неуверенно ответил Макс, — тем более своим любимым виски, но после нескольких глотков он перестал выглядеть как ходячая смерть и наконец-то разговорился. Мы не упоминали всей подноготной, но, когда он рассказал мне о первой жене и своих сынишках, я с трудом смог вынести это и не сорваться, а ведь я не отличаюсь особой чувствительностью.

На этот раз в его бирюзовых глазах не было даже тени прежнего сатанинского блеска.

— Вот и всё, что он рассказал мне в ту первую ночь. На следующий день он работал как обычно, хотя нормальным его состояние я бы не назвал. Готов поклясться, что в тот день с ним было опасно даже разговаривать. На вторую ночь Роум рассказал мне, что ты беременна.

Сара с печальным видом вертела в руках стакан.

— Он рассказал тебе…

— Да, — Макс склонился к ней и накрыл её руку своей, — я подумал, что он либо безумец, либо дурак, либо то и другое вместе. Если бы ты вынашивала моего ребёнка, меня бы распирало от гордости. Однако на мою долю не выпало столь тяжких испытаний.

— Диана была моей лучшей подругой, — прошептала Сара. — Я знала его детей. Это было… ужасно.

— Он рассказал мне о твоём ультиматуме. Дорогуша, ты, должно быть, самая отважная женщина из тех, что мне доводилось встречать. Ты всё поставила на кон? И выиграла.

— Я ещё не выиграла, не совсем. Я всего-навсего получила ещё один шанс.

— Роум сказал мне, что ни за что не станет отказываться от ребёнка, он в этом не заинтересован. Если дела и дальше так пойдут, а тебе что-нибудь понадобится, позвони мне. Возможность заменить ребёнку отца — для меня честь. Я отвезу тебя в больницу, подержу за руку во время родов — всё, что ты захочешь. Догадываешься ли ты, — задумчиво произнёс он, — к чему я только что себя приговорил? Роум — он ведь не совсем дурак. Ну ладно, я всегда смогу утешить себя мыслью, что этот чёртов умник вряд ли позволит другому мужчине оказывать подобные услуги его жене.

Сара рассмеялась. Её тронула забота Макса.

— Бедняжечка. Ты вёл себя просто замечательно, пока не подумал о родах, я угадала?

Он ухмыльнулся.

— Я всегда старался быть полюбезнее. Насколько брезгливость позволяет, конечно.

Им принесли заказ. Сара с завидным аппетитом поглощала свою порцию.

Макс указал вилкой в её сторону.

— Теперь я понимаю, почему Роум так решительно настроен единолично обладать тобой. Пережив в прошлом травму, он, наверное, отчаянно хочет убедиться, что ты существуешь, и вернуть в свою жизнь некую устойчивость. Он же не знал, что ты любила его?

— Тогда нет. Теперь знает.

— Он тоже любит тебя. Я понимаю, что этого чувства не было, когда ты вышла за него, но Роум не идиот и в состоянии разобраться, какое сокровище ему досталось. Он конечно грубоват, но зато чертовски умен, а глупость — единственное, чего я не терплю. Иногда меня раздражает, что мы с ним так похожи.