Читаем Ребенок Сары полностью

Роум тоже не спал, его внутренности скручивало от гнева и раздражения. Его глаза застилала красная пелена, когда Сара превращалась в такую ледышку! Он хотел извиниться за предыдущую ночь, за то, что нагрубил в ответ на ее сочувствие, но она опять воздвигла эту проклятую глухую стену между ними и не позволила ему загладить вину. Она напевала, как будто его выходка не имела для нее никакого значения. Может, и не имела, зло подумал он. Но когда он пришел в ее комнату и занялся с ней любовью, Сара была такой же горячей и ласковой, какой всегда становилась в его руках. Роум хотел вдолбить свою плоть в ее, заставить забыть о дистанции между ними, и верил, что ему это удалось; а утром она была такой холодной и отстраненной, как будто это не она извивалась от страсти, лежа под ним.

Этот проклятый магазин для нее был важнее всего на свете, включая его самого. Он пригласил ее пойти с ним, но, конечно, бизнес был на первом месте. Роум знал, как она была предана работе, и, делая предложение, обещал уважать ее выбор. Он даже согласился на отдельные спальни, на которых она настояла! Но это сводило его с ума. Каждый раз, когда Сара воздвигала между ними стены, Роум хотел разбить их вдребезги и брать ее самым примитивным способом, чтобы у нее не было сил отстраивать их заново. Она даже не стала спорить с ним!!! А когда презрительно подняла свой маленький подбородок, отказывая в близости, он чуть не слетел с катушек, но Сара ясно дала понять, что если он возьмет ее, это будет насилием, и Роум заставил себя уйти прежде, чем опуститься до этого. Он не собирался причинять ей боль — он хотел владеть ею, полностью и безвозвратно. Роум мечтал никогда больше не видеть это сдержанное, отстраненное выражение на ее лице. Его страстным желанием было, чтобы тот пыл, который Сара приберегала для этого проклятого магазина, предназначался только ему. Она стала его вызовом, его навязчивой идеей; даже на работе он то и дело ловил себя на мысли, что планирует, как пробиться через ее оборону. Единственный способ, который он нашел — секс, и тот был временным.

Роум хотел ее, сгорал от желания и никак не мог успокоиться. Он прекрасно понимал, что если пойдет к Саре сейчас, то не сможет себя контролировать. Он не собирался брать ее против воли; ему нравилось, когда она прижималась к нему всем телом, изнывая от страсти. Он хотел сорвать с ее лица маску сдержанности, чтобы Сара забылась в простом акте любви. Ради этого он подождет.

На следующее утро Сара проснулась в обычное время, и с удивлением обнаружила Роума на кухне, уже заканчивающего приготовление завтрака. Она кинула на него настороженный взгляд и вежливо поздоровалась. Роум не злился, но все еще был напряжен.

— Садись, — сказал он, и его слова были приказом, а не приглашением.

Сара села за маленький стол, он подал еду, и занял свое обычное место напротив. Они почти закончили есть, когда Роум заговорил:

— Ты сегодня собираешься работать весь день?

Сара осторожно поставила свою чашку с кофе на стол:

— Да. Мистер Марш, предыдущий владелец, рассказывал, что суббота всегда была самым прибыльным днем. Он закрывался на полдня по средам, и я планирую делать так же. Людям нравится привычное расписание.

Она ожидала, что Роум будет возражать, но вместо этого он коротко кивнул:

— Я пойду с тобой. Я бы хотел осмотреться, внимательнее, чем в прошлый раз. Ты уже начала вести бухгалтерию?

— Не совсем. — Обрадованная, что он не стал затевать новую ссору, Сара расслабилась и неосознанно наклонилась к нему, взгляд ее зеленых глаз потеплел. — Я сохранила записи обо всем, что потратила, и что продала, но у меня еще не было времени привести их в порядок.

— Если не возражаешь, я займусь твоими бухгалтерскими книгами, — предложил Роум. — Ты не думала о том, чтобы купить компьютер и вести в нем опись товара? Если установить программу по ведению учета, будет намного легче работать.

— Я думала об этом, но с компьютером придется немного подождать. Надо перекрыть крышу, установить сигнализацию, и у меня есть несколько идей по расширению ассортимента. Я истратила почти все свои сбережения и…

— Ты вкладывала свои деньги? — Резко спросил Роум, его густые темные брови хмуро опустились, и Сара непроизвольно отодвинулась от него, снова ушла в себя. Роум застыл, увидев, как изменилось выражение ее лица. На этот раз он не позволит ей отгородиться, разрушит все барьеры между ними, словно их никогда и не было. Роум потянулся и крепко сжал ее хрупкое запястье.

— Это делается не так, — сказал он, пытаясь избавиться от охватившего его раздражения. — Ты не тратишь свой капитал, а используешь его как обеспечение. Берешь ссуду в банке на текущие нужды, при этом со своих денег копишь проценты. Ставка по кредиту не облагается налогом, и можешь мне поверить, малыш, тебе понадобится любая налоговая льгота, которую ты сможешь получить. Если бы я был здесь, когда ты покупала магазин, я бы сам отвел тебя в банк.