Читаем Разведбат полностью

Командованием объединенной группировки были предприняты меры, которые позволили нашим войскам блокировать НВФ Гелаева в Комсомольском.

Выход НВФ Гелаева в Комсомольское обуславливался, по меньшей мере, тремя факторами.

Первый — Комсомольское являлось родовым селом Гелаева, население готово было его поддерживать.

Второй — боевики использовали рельеф местности, позволявший совершить отход в Комсомольское с трёх основных направлений.

И, наконец, третий фактор — расположение Комсомольского относительно населённых пунктов Урус-Мартановского района: развитая сеть дорог и оросительных каналов, что позволяло незаметно покинуть блокированное село, просто раствориться на равнине.

Из воспоминаний генерала Геннадия Трошева: «Уже 5 марта село оказалось в нашем плотном кольце. А сутки спустя подразделения отряда специального назначения вошли в него. Почти сразу же спецназовцы попали под шквальный огонь и вынуждены были отойти на северную окраину населённого пункта.

Осуществлять общее руководство проведением операции я поручил исполнявшему тогда обязанности командующего группировкой «Запад» генерал-майору В. Герасимову. Непосредственно руководил операцией мой заместитель по внутренним войскам генерал-полковник М. Лабунец».

7 марта операция началась. Для ведения боевых действий непосредственно в населённом пункте были привлечены подразделения Министерства обороны, внутренних войск, МВД, а также отряд специального назначения Министерства юстиции. Общая численность «наших» составила 816 человек. В то же время, как выяснилось впоследствии, федеральным силам противостояло более 1000 (!) бандитов.

Село оказалось хорошо укрепленным в инженерном отношении. Здесь было немало оборудованных по всем правилам военной науки фортификационных сооружений. Подвалы превращены в доты и выдерживали прямое попадание танкового снаряда. К тому же большинство подвалов соединялось ходами сообщений, блокированных стальными дверьми. По сути, почти каждый дом был превращён в крепость, рассчитанную на долгую осаду.

Гелаев, осознавая всю безнадёжность ситуации, непрерывно запрашивал подкреплений. На помощь ему поспешила банда полевого командира Сейфуллы — около 300 человек. Но до Комсомольского она дойти не успела. Ударом артиллерии и авиации банда была разгромлена. Сам Сейфулла получил серьёзное ранение и едва спасся».

Генерал Трошев в своих мемуарах рассказал, почему операция по штурму Комсомольского затянулась: «В частности, не лучшим образом сказалось на управлении частями и подразделениями то, что место для полевого пункта управления (ППУ) руководителя операции изначально было выбрано неудачно. С него просматривалась лишь северная часть населенного пункта. Большие трудности возникали и вследствие неудовлетворительного состояния и неукомплектованности средствами связи как мелких подразделений, так и оперативного звена. Усугублялось это практически полным отсутствием дисциплины связи. Большинство сведений, независимо от степени их важности, передавалось открытым текстом. Это позволяло боевикам перехватывать информацию и своевременно реагировать на действия войск, а во многих случаях и упреждать их…».

Но в словах генерала, конечно, далеко не вся правда. Была ещё одна правда об этих боях — солдатская…

«Капитана танкистов трясло от этой картины…»

Дмитрий Савельев, зам. командира группы, старший сержант:

— В ночь на пятое марта я был дежурным по роте, стоял на посту. Часа в три ночи всю роту подняли по тревоге. Собрались быстро, командир зачитал приказ: едем на операцию в село Комсомольское. Сели на броню, завёли машины и колонной, двумя разведгруппами — вперёд.

К Комсомольскому приехали на броне на рассвете. На поле у села было очень много танков, стояли они метрах в 15 друг от друга. Мы ещё удивились, что танков так много. ЦБУ было на этом поле. Поняли, что Комсомольское наши войска ещё только брали в кольцо. Объехав село с другой стороны, увидели большую толпу мирного населения — чеченцы не пускали в Комсомольское подъехавших собровцев и омоновцев. Простояли здесь около часа, я ещё искал среди собровцев земляков-нижегородцев. Получили приказ: группам — разделиться. Одна остается здесь для прикрытия, а вторая под командованием капитана Гагарина должна выдвинуться на другую сторону села, откуда мы приехали. Я был с этой группой, попросил Гагарина оставить меня с первой группой, у сержанта Шанина, но он не отпустил.