Читаем Разреши мне любить полностью

– Мне нужно посмотреть квартиру, – говорю я, решив, что не стану сразу отказываться, потому что, как выяснилось, найти подходящее жилье, вовсе не так просто, как мне казалось.

– Конечно! Когда?.. Сегодня?

– Сегодня не получится. Завтра.

– Утром?

– Вечером. После шести. У вас будет возможность показать ее?

– Да, конечно, Варвара, – бодро проговаривает агент и, попрощавшись, отключается.

Я прячу телефон в карман и ускоряю шаг.

Мы ходили гулять с близнецами на детсткую площадку, расположенную в соседнем жилом комплексе. Идти туда пятнадцать минут, но зато там чисто, ухожено и укомплектовано всем необходимым для развлечения детей самых разных возрастов.

От площадки во дворе нашего дома, к сожалению, давно остались две качели и одна лавка с облупившейся краской. А ямки и многочисленные весенние лужи не дают возможности даже для пешей прогулки по ней.

– Кто звонил? – оборачивается мама через плечо, – Станис?

– Нет, агент по недвижимости.

Цокнув, она недовольно поджимает губы, а я спешу пояснить свое решение съехать еще раз:

– Мам, мы вас стесняем. Ты и папа не высыпаетесь, и места на всех не хватает.

Про себя молчу. Жизнь с родителями под одной крышей это не то, к чему я стремлюсь, несмотря на помощь их с детьми.

Я понимаю, что мне будет в разы сложнее справляться с ними в  одиночку, но до дрожи в теле хочу самостоятельности.

– Ты не справишься одна, и через месяц снова вернешься.

– Не вернусь.

– Посмотрим, – роняет она и, остановившись, разворачивает коляску на девяносто градусов, чтобы закатить ее во двор нашего дома, – Мальчишки засыпают, успеть бы накормить их…

– Успеем, – обгоняю ее и поправляю съехавшую на нос шапку на Ромке.

– Варя… – вдруг останавливается мама, – Смотри, это там не… ваш папаша приехал?

Чувствую толчок в груди изнутри еще до того, как вижу его. Ноги тут же становятся ватными.

Лешка приехал.

Дверь припаркованного у подъезда темно-серого седана открывается. Он выходит и, заложив обе руки в карманы широких спортивных брюк, наблюдает за тем, как мы приближаемся.

– Да, он, – отвечаю тихо.

– Зачем? – так же негромко спрашивает она, – Результаты теста готовы?

– Я не знаю.

Я пытаюсь смотреть на него, но не могу. Всякий раз, когда делаю это, изображение перед глазами раздваивается. Картинка начинает дребезжать.

Мы подходим ближе, и Леша выдвигается навстречу. Идет спокойно, глядя на нас ровным взглядом.

Мама делает вид, что не замечает его.

– Добрый день, – здоровается Денежко.

– Привет, – бормочу под нос.

– Здрасте, – отзывается она таким тоном, словно это он виноват во всех наших несчастьях.

Впрочем, Лешка ее грубость игнорирует и обращается напрямую ко мне:

– Кое-что обсудить нужно.

– Сейчас?..

– Тебе неудобно?

Я смотрю на маму, потом на него, и киваю.

– Подождешь немного? Я помогу детей в квартиру поднять.

Взгляд Лехи тут же упирается в коляску. Темный, тяжелый, как грозовая туча. По нему не понятно, какие чувства и эмоции он испытывает. Я разучилась их читать.

– Моя помощь требуется?..

– Нет!.. – выпаливаю сразу, но мама меня перебивает.

– Коляску поднять нужно. У отца спина болит тягать ее туда-обратно.

– Мы сами, – говорю Лешке, но он не отвечает.

Стоя чуть поодаль, смотрит, как мама достает и ставит на ноги Арсения, а я – Рому. По привычке взявшись за руки, они оба глядят на отца снизу вверх.

Как острые иглы холодный воздух вонзается в мое горло. Я столько раз представляла моменты их первой встречи, но ситуация вышла из-под контроля уже на старте. Все должно было происходить не здесь и не так. Не при таких обстоятельствах и не в такой эмоциональной тональности! От разочарования и беспомощности хочется реветь.

– Идем, – зовет мама, и мы все вместе заходим в подъезд.

Леха, сразу разобравшись, как это делается, складывает прогулочную коляску и поднимает ее на третий этаж. Я показываю, где ее оставить и прошу минуту, чтобы помочь маме раздеть близнецов.

– Поговори с ним, – шипит она тихо, словно он сможет услышать нас, – Пусть платит за квартиру.

– Нет, мам…

– Он обязан помогать!

– Он ничем не обязан!.. Он не виноват в том, что… все так вышло…

– Тогда я сама ему скажу!

– Не смей вмешиваться! – проговариваю жестко, – Это наши с ним дела и не чьи больше! Никто не имеет права решать за нас!

Мама, ахнув, мгновенно краснеет от злости. Мне становится стыдно, но только на секунду. Отныне я собираюсь бороться с каждым, кто захочет вносить правки в мою жизнь.

– Ну, и дура!

Пусть так.

Убедившись, что дальше она справится без меня, я выхожу в подъезд и быстро сбегаю по ступенькам. Лешка, ожидая меня, сидит в машине. Совсем как раньше, не учитывая того, что как раньше уже никогда не будет.

Я убираю выбившиеся из хвоста волосы от лица, запахиваю полы расстегнутой куртки и, глядя себе под ноги, иду к темно-серому седану.

Несмело дернув за ручку, открываю дверь и сажусь рядом с ним. Внутри все новое и незнакомое, включая того, кто за рулем. Привыкнуть к этому у меня уже не получится.

– О чем ты хотел поговорить?

– Результаты теста готовы, – произносит совершенно будничным тоном, словно они показали, что не он отец детей.