Читаем Разные дети полностью

А потом появился Вовка. Выглядел неплохо – на крутой машине и сам не хуже парней из циркового балета. Он не стал ходить вокруг, да около. Сказав: «Вот и пришло наше время», – крепко обнял и поцеловал соседку. Лиза не сопротивлялась, отношения завязались. Парень смотался на день в Москву, вернулся и уже не отходил от Лизы ни на шаг. Когда родственники вернулись с юга, дело было на мази. Мама поначалу, видимо с дороги, выглядела уставшей и недовольной, но после сообщения бабушки, что на днях придут сваты, расцвела и со словами: «Наконец я дождалась, что ты одумаешься», – поцеловала дочь.


Сватовство прошло весело, по-свойски, гости и хозяева можно сказать всю жизнь жили рядом. Бабушка Нина сыграла на баяне, а Вовкин отец дядя Коля даже пустился в пляс, припевая: «Эх, яблочко, куда ты котишься? Помотаешься по свету и воротишься».

Мама тут же стала развивать тему, что Лизе надо позвонить на работу, сказать об увольнении, хватит мотаться по свету. она не знала, что дочь приехала домой, уже решив это сделать. Вовка поддержал будущую тещу, рассказал, что переводит бизнес на Воронцовск и начинает рядом со старым домишком строительство нового дома. Усадьба у них большая, места хватит за глаза.

Сразу после сватовства парочка подала заявление в ЗАГС. Свидетельницей со своей стороны невеста взяла Олю, которая, отпросившись на два дня из лагеря, присутствовала и на сватовстве. Сразу после этой процедуры Вовка опять укатил в Москву. Несколько дней он улаживал дела с переводом фирмы по грузоперевозкам в Воронцовск.

Отработав очередную неделю, снова появилась Марина, зашла к Лизе домой. Она сразу заметила изменения в комнате, внимательно осмотрела проделанную работу и, не найдя к чему придраться, снова стала рассказывать байки про свою работу, где по ее словам только и делают, что отдыхают, знакомятся с парнями и пересчитывают полученную большую зарплату.

–А я выхожу замуж, – может немного бесцеремонно перебила ее Лиза.

От неожиданности рассказчица замолчала на полуслове с открытым ртом.

– За кого? – с недоверием во взгляде и голосе спросила она.

–За Вовку.

– Наверное, шутишь? Ты же с цирком ездишь, говорят, у тебя какой-то циркач есть. Мама рассказывала, что ты с ним даже домой приезжала, вроде он нерусский, – продолжала сомневаться подруга.

– Я хотя и мотаюсь по стране, женихов выбираю дома проверенных временем, – ответила Лиза. Она наивно считала, что здесь про нее и думать забыли, а оказывается ее жизнь под строгим контролем.

Мать Марины отличалась повышенной любознательностью, новостей у нее почище, чем у любого информационного агентства.

– Конечно, свои надежнее, чем какие-то циркачи нерусские или москвички молоденькие, – вроде как согласилась с подругой Марина. Но Лиза поняла нескрываемый сарказм. Ей захотелось закрыть тему, но намек на «молоденькую москвичку» обеспокоил.

– Про Вовку тоже всякие глупости сочиняют? – спросила она, стараясь говорить равнодушным голосом.

– Никто ничего не сочинял. Тетя Наташа сама маме рассказывала, что у сыночка в Москве роман, но он давно собирался домой вернуться, а она не хочет столицу покидать. Выходит, что любовь к Москве оказалась сильнее, чем к простому провинциальному парню.

– Значит это была не любовь, коль никто из них не поступился своими интересами, – не придумала ничего другого сказать Лиза.

– Да, тебя он любит больше всех остальных, – как бы согласилась подруга, но было понятно, что это очередная шпилька.

– Из всех многочисленных кандидаток замуж он предложил только мне, ты права, – решила проигнорировать подкол девушка.

То ли Марина не нашлась, что ответить, то ли просто надоел этот разговор, но она сама сменила тему:

– Знаешь, что Ленка Сычева в отпуск из Питера приехала?

– Как здорово! У тебя есть ее телефон? Давай позвоним, – обрадовалась Лиза приезду их пятой подруги и тому, что разговор не по ее инициативе перешел в другое русло.

Телефон был, девчонки созвонились, поболтали и договорились назавтра встретиться. Местом встречи избрали ближайшее кафе «Чижик», облюбованное ими еще со школьных лет.

В кафе Лиза прибежала с небольшим опозданием. Помогала бабушке закручивать огурцы, неудобно было бросать старушку на полпути. За столиком ее ждал сюрприз: вместе с Мариной и Леной пришла Галя. Ее мама согласилась посидеть с малышами. Девчонки заказали стандартные наборы еды и напитков и, как в старые добрые времена, принялись болтать, не забывая смотреть по сторонам и здороваться со знакомыми.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза