Читаем Разбитые острова полностью

– Я уже говорил другим – ничего не ждите, ведь то, что мы там увидим, может оказаться либо совершенно непредставимым для нас, либо таким же обыденным, как то место, которое мы только что покинули. Насколько я понял, летучий остров – это гражданский корабль, однако мы уже не раз видели зло, которое он сеет.

Тиенди кивнула, но решимость не покинула ее.

– Я все представляю себе очень просто: мы подлетим и сбросим бомбу. Или, точнее говоря, бомбиста, который взорвет себя. – Она показала на фра Меркури. – Но что могут его взрывные механизмы? На вид они не больше тех штук, которыми пользуются культисты, так какой от них тогда прок, при эдаком-то размере?

Бринд опять взглянул на маленькие металлические штучки, которыми были обвешаны грудь и пояс фра Меркури.

– Вряд ли это взрывчатка в обычном смысле слова. Он человек неизмеримого могущества. И конечно, сможет убить себя, как нужно, когда наступит время.

Где-то недалеко грохнул несильный взрыв. Дракон шарахнулся, клетка качнулась, Бринд обеими руками вцепился в поручни, а Артемизия для равновесия уперлась ладонями в потолок.

– Ничего страшного, командующий! – крикнула она и взглядом показала на сиденье. – Эти создания очень быстры. У них отменная реакция. С нами все будет в порядке.

– Что происходит? – поинтересовался Бринд.

– В нас стреляют, и только.

– Заграждение впереди нас?

– И впереди, и позади, и со всех сторон. Главная ударная сила помещается внутри летучего строя.

– Сколько еще лететь?

– Четверть часа, не больше.

Бринд надел шлем, проследил, как то же самое сделала Тиенди. Опустив забрала, они оседлали своих Ос. Фра Меркури на четвереньках подлез под Осу Бринда, и тот с изумлением увидел, как она, подогнув две лапки, вдруг подхватила его и прижала к своему брюшку, точно ремнями пристегнула. Обеими руками Бринд похлопал ее по крупу, точно лошадь. Кто бы что ни думал, а он нуждался в том, чтобы животное испытывало симпатию к своему седоку.

Артемизия оседлала дракона. Все трое выстроились вдоль задней стены транспорта, головами к выходу. И почувствовали, как накренилась клетка: должно быть, драконья эскадрилья заходила перед высадкой на последний круг. Вблизи загремели и снова стихли взрывы, наступила тишина.

Дракон уже явно пикировал вниз, под действием скорости седоки клонились назад, и Бринд поздравил себя с тем, что догадался усовершенствовать седельные ремни, придуманные юнцами с Фактории-54.

Он взял в руки поводья, готовясь направлять свою Осу. Бросил взгляд на Тиенди, та знаком показала, что готова. Артемизия не сводила взгляда с закрытой пока двери. Бринд отдал Осам приказ перейти в состояние парения; и тут же едва заметное напряжение крыльев, которое он чувствовал через седло, сменилось мощной вибрацией.

Их дракон вскинулся на дыбы. Между стеной и дверью мелькнула щелочка света, которая тут же превратилась в огромный светящийся квадрат; внутрь ворвался ветер, дракон выровнял полет, и они увидели чудовищную цель своего путешествия.

Артемизия что-то крикнула. Ее дракон вылетел из клетки наружу, Скорбные Осы – за ним.

Они штопором ввинчивались в небо – Артемизия на драконе впереди, за ней ночные гвардейцы на насекомых, ветер бил и трепал их со всех сторон. Бринд изо всех сил старался понять, что происходит вокруг: в облаках на разном расстоянии друг от друга ряды летучих созданий вступали в бой, а под ними черным шрамом на фоне неба висело то, что он поначалу ошибочно принял за землю, – Поликарос, небесный город. Он повернул голову и через плечо увидел, как из других клеток выпархивают еще гвардейцы на Осах и, в сопровождении людей, очень похожих на Артемизию, тоже на драконах, летят за ними. Ветер так ревел в ушах, что заглушал почти все звуки; он не слышал ни лязга мечей, ни стонов умирающих. Это была совсем новая, непривычная для них война.

Прямо над их головами драконы бились с другими существами, во многом похожими на них самих; где-то вдалеке рвались не то бомбы, не то снаряды – Бринд не знал, те ли это бомбы, что использовались при осаде Виллирена, или же что-то более страшное. Под брюхом его Осы тихо покоился фра Меркури.

Артемизия повернула своего дракона влево, и вся группа, описывая в воздухе изящную дугу, потянулась за ней, к Поликаросу. Город стремительно приближался, черный, полный замысловатых деталей. На остриях шпилей сверкали какие-то искры; на разной высоте щетинились колючками огромные постройки; вот платформы, на них уже можно было разглядеть крошечные фигуры, многие из которых стреляли, целясь в небо. На других высились гиганты – возможно, исполинские статуи, – которые тоже смотрели в небо, точно следя за ходом битвы.