Читаем Рассказы полностью

Я прилег на свой раздолбанный, разорванный и прокуренный диван с отпиленными ножками и видом на обгоревшую стенку. Это когда мак варили, пожар здесь устроили. Еще Можай был жив, покойник. Он хуйнул девяносто таблеток "ношпы" и запил стаканом водки. Крякнул, конечно. Сколько же Кентов, блядь, уже померло, это ужас. Мы с Узбеком зашли к Цуре через балкон, потому что хозяин был в полном отрубоне, и кое-как его растолкали, а потом стали с Цурей вспоминать. Оказалось, что все уже дружки наши считай откинулись.

У Цури тогда зависала одна гражданка - мадам Брошкина. Цуря говорил, что поначалу она веселая была, шубутная, все танцевала, пела, прикалывалась, давала всем подряд мужикам, кто приходил к Цуре хмельнуться, а после что-то сникла. Сейчас все больше лежит на полу с закрытыми глазами, а если открывает зенки, то сразу просит водки.

Мы то с Узбеком притащили несколько пузырей. Выпили все, ожили за чуток, побазарили за жизнь. Узбек предлагает идти ломать подвалы, потому что со жратвой у нас хуевато. Даже очень. Водяры-то можно еще напиздить у левых бабок, а мяса - хуй. Потому что на базаре такие амбалистые уродки мясом торгуют, что если увидят как наш брат чего пиздит, убьют на месте. Даже за крохотный кусочек. Я сам недавно видел, как одна баба, конь с яйцами, забила у всех на глазах вонючего бича. А у Узбека, между тем, талант пропадает: он же отличный повар. Такой бы, блядь, плов мог сварганить. Крупу, что мамка принесла, Цуря еще не всю успел проссать и сменять на сэм.

В подвалы мы идти отказались, потому что затяжелели трохи. Узбек он шустрый. Пусть бежит и ломает замки .И тут кому-то из нас в голову пришла замечательная мысль. Надо замочить эту бесполезную мадам Брошкину и сожрать ее на хер. Долго не думали, зарезали ее огромной штыриной, которую Цуря хранил за диваном на всякий пожарный случай. Это был, что называется, мессер. Разрубили ее потом топором, который у Цури завсегда у дверей стоит для непрошенных гостей. Дальше дело, вернее тело, передали Узбеку как классному повару. И правда получилось изумительное блюдо. С рисом, с перчиком, аджигой и прочими специями. Типа плова. Мясо нежное такое, особенно бедра. Мадам Брошкина еще молодая была девка, из тех шкур, что ведутся на всякую хуйню и идут с мужиками куда угодна, была бы водяра. Вот и нарываются порой на расклад типа такого.

Вспоминал я эту и подобную хуетень довольно долго. Потом вижу - Шкодина встала на четвереньки, пернула три раза и проснулась окончательно. "Ни выпить",- говорит,- "ни покурить. Это очень хуево. И домой идти страшно. Там Сашка убьет на хуй."

Делать абсолютно нечего. Телика у меня уже давно нет, не знаю, блядь, что в мире творится. Да и хуй с ним! Тут еще Шкодина сидит со своей блядской рожей. Хочется въебать ей в табло ногой, потому что и так тошно.

Вспомнил, чтоб отвлечься от нехороших мыслей, как в том году поехал к ней в гости. К черту на кулички. Она жила на самом конце города. Дальше шел овраг и маленькие домишки, в каждом из которых продавался сэмыч.. Она обитала в мрачной общаге, внутри которой отвратно воняло, а по стенам шли идиотские надписи, типа: Нирвана - хуета! Рэп - как! Все на свете дерьмо! Интересно, что Шкода, когда ее сильно кумарило, не боялась по ночам гулять в этом Чертовом рву за общагой, где каждый день находили как минимум один расчлененный труп.

Ехал я к ней и колотился весь, как падла. Реально. А тут еще кондукторша попалась базарная. Орет: "пассажиры. кто не обелетимшись,,.обелетивайтесь!" Пристала, пидораска, к одной гражданке: "девушка в кожаной куртке с волосами, берите билет сейчас же!" Потом до меня доебалась. Обычные их тупые приколы. Мол, на водку деньги нашел, а на билет найти не можешь .Надоело уже. Тут хорошо один амбалистый мудак ее отвлек. Беспредельник хуев. Сначала он пристал к пожилому мужику в дорогой песцовой шапке. Оскорбил его по всякому, сорвал шапку и бросил ее на грязный пол. Мужик возмутился понятно. Говорит, что он за таких как этот наглый придурок в Афгане кровь проливал. Но амбал на это не повелся. Крутой попался черт. Как только автобус остановился и двери открылись, он пинком вышиб ветерана на улицу, после чего стал лаяться с кондукторшей. Та ему замечание сделала и лучше бы не трогала урода. Он ей как понес в ответ. Типа, и собака у нее во рту, чтоб у нее пизда перевернулась, и якобы клитор ей надо на футбольный мяч натянуть... Короче, тут и так подыхаешь с бадуна, да еще эти придурки ядом дышат...Мрак. Чуть не блеванул, честное слово. Едва сдержался. Еле доехал в эти ебаные турлы

Сашка тогда еще бухал. Нормальный же был человек. Сам за сэмом в частный сектор побежал, а мы пока со Шкодой баловались. У нее пизда смешная, между прочим, спасу нет. Хорошо там время провел.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жизнь за жильё
Жизнь за жильё

1994 год. После продажи квартир в центре Санкт-Петербурга исчезают бывшие владельцы жилья. Районные отделы милиции не могут возбудить уголовное дело — нет состава преступления. Собственники продают квартиры, добровольно освобождают жилые помещения и теряются в неизвестном направлении.Старые законы РСФСР не действуют, Уголовный Кодекс РФ пока не разработан. Следы «потеряшек» тянутся на окраину Ленинградской области. Появляются первые трупы. Людей лишают жизни ради квадратных метров…Старший следователь городской прокуратуры выходит с предложением в Управление Уголовного Розыска о внедрении оперативного сотрудника в преступную банду.События и имена придуманы автором, некоторые вещи приукрашены, некоторые преувеличены. И многое хорошее из воспоминаний детства и юности «лихих 90-х» поможет нам сегодня найти опору в свалившейся вдруг социальной депрессии экономического кризиса эпохи коронавируса…

Роман Тагиров

Детективы / Крутой детектив / Современная русская и зарубежная проза / Криминальные детективы / Триллеры
Крестный путь
Крестный путь

Владимир Личутин впервые в современной прозе обращается к теме русского религиозного раскола - этой национальной драме, что постигла Русь в XVII веке и сопровождает русский народ и поныне.Роман этот необычайно актуален: из далекого прошлого наши предки предупреждают нас, взывая к добру, ограждают от возможных бедствий, напоминают о славных страницах истории российской, когда «... в какой-нибудь десяток лет Русь неслыханно обросла землями и вновь стала великою».Роман «Раскол», издаваемый в 3-х книгах: «Венчание на царство», «Крестный путь» и «Вознесение», отличается остросюжетным, напряженным действием, точно передающим дух времени, колорит истории, характеры реальных исторических лиц - протопопа Аввакума, патриарха Никона.Читателя ожидает погружение в живописный мир русского быта и образов XVII века.

Дафна дю Морье , Сергей Иванович Кравченко , Хосемария Эскрива , Владимир Владимирович Личутин

Проза / Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза / Религия, религиозная литература / Современная проза