Читаем Расология полностью

Анализируя внешний облик древнегреческих Богов, Вильгельм Зиглин приходит к выводу, что Афродита, Аполлон, Арес, Аретуза, Асклепий, Афина, Дионис, Эрос, Европа, Гармония, Гелиос, Гера, Гермес, Гименей, Ника, Пан, Персефона, Плутон, Сатир, Селена, Серапис, Тифон и Зевс — общим числом более шестидесяти — все были чистыми блондинами. Из мифических персонажей таковыми же были: Ахиллес, Адонис, Агамемнон, Амфион, Андромеда, Ариадна, Электра, Геракл, Елена, Ясон, Кадм, Медея, Медуза, Мелеагр, Менелай, Навсикая, Одиссей, Эдип, Орест, Пандора, Патрокл, Пенелопа, Персей, Федра, Тезей и многие другие, общим количеством до ста сорока. Из числа крупнейших исторических личностей античной Греции светлые волосы имели Александр Македонский, Анакреон, Аполлоний Тианский, Аристотель, Дионисий Сиракузский, Сафо, Пифагор и еще десятки философов, полководцев, деятелей науки и культуры, общим числом до двух сотен из числа исторически зафиксированных.

В то же время Богов с темными волосами существовало всего двадцать девять. Среди мифических персонажей обнаружилось всего девятнадцать брюнетов, а среди исторических личностей Эллады лишь двадцать имели вполне черные волосы.

Таким образом, не составляет никакого труда придти к простейшему умозаключению, что творцами непревзойденной античной греческой культуры были люди нордической расы, имевшие по преимуществу белокурые волосы.

В древнеримском пантеоне насчитывалось двадцать семь Богов-блондинов, и десять мифических персонажей также имели светлые волосы. Помимо десятков крупных исторических личностей среди римских императоров определенно белокурые волосы имели Август, Нерон, Траян, Тит, Адриан, Домициан, Вителий, Коммод, Каракалла, Галлиен, Гордиан, Гонорий, Валентиниан, Юлиан, Феодосий I и Феодосий II. Многие другие вершители судеб античного мира также отличались светлыми волосами. Сама архетипическая символика древних цивилизаций с точки зрения канонов красоты связана определенно с биологическим типом нордической расы. Образ всего божественного, героического и сверхъестественного всегда облекался в легко усвояемые черты светлокожей плоти, олицетворявшей собой концентрацию высшей солнечной субстанции и благодати. Вильгельм Зиглин считал нужным, кроме всего прочего, заострить внимание читателей своей книги на том, что древнейшее ведическое божество — Индра был блондином. И уж совсем как исторический курьез предстает перед нами тот факт, что Африка — эта белокожая богиня древних ливийцев — теперь с течением продолжительного времени ассоциируется с чернокожими типами.

И если истоки высшей античной культуры и цивилизации коренятся в биологически наследственной сути белокурой расы, то разгул анархии, демократии и сексуального беспредела неуклонно сопровождался резким потемнением пигмента волос в загнивающих обществах. По свидетельству многих историков и очевидцев окончательный крах древних государств обычно наступал с полным исчезновением светлых расовых типов из руководящего слоя. Печальный опыт античности мы, к сожалению, наблюдаем и в условиях разложения современной так называемой Западной цивилизации.

Правоту суровых выводов немецкого расолога можно проанализировать сегодня при посещении любого исторического музея с хорошей коллекцией. Греческий и римский залы Эрмитажа Санкт-Петербурга, к примеру, являют нам чистые образчики нордической расы, запечатленные в правильных пропорциях тел атлетов, глубокомысленных выражениях лиц философов, грациозных, величественных осанках императоров. Далее по ходу экспозиции в статуях исторических персон, принадлежащих к началу III века нашей эры, уже явственно читаются следы дегенерации, вызванной хаосом расового смешения, и наконец они доходят до карикатурного безобразия в гримасах у христианских святых в эпоху средневековья. Вся византийская, а равно и западноевропейская иконография — это чопорное припудривание физиологического разложения простейших рефлексов. Косящие глаза нимбоносных уродов до сих пор преподносятся нам как шедевр пространственной перспективы, а астенические, рахитические сухогрудые фигуры — как некое олицетворение «высокодуховного стиля». Декадентское искусство, захлестнувшее Европейскую культуру с конца XIX века, продолжает эту удручающую тенденцию: маскировать под вдохновение художника элементарную деградацию его ущербной природы. Неврология новейшего времени доказала факт вырождения со всей очевидностью. Именно поэтому крупнейшие расовые теоретики Германии той поры выступили в качестве отряда идеологического обеспечения при проведении известной выставки «Дегенеративное искусство» в 1936 году в Мюнхене.