Читаем Расколотые сны полностью

– Да, папа. Больше у меня никого не осталось, – прошептала Эшли.

Отец просидел с ней едва ли не полдня, и после его ухода мир Эшли снова сузился до маленькой каморки, в которую ее заперли. Она легла на койку, вынуждая себя отрешиться от беспощадной реальности.

«Скоро все кончится, и я пойму, что это был всего лишь сон… Только сон… только сон…»

Эшли закрыла глаза и провалилась в темную пропасть.

Разбудил ее голос надзирательницы:

– К вам посетитель.

Ее снова отвели в комнату для свиданий, где неловко переминался с ноги на ногу Шейн Миллер.

– Эшли, – пробормотал он, со страхом воззрившись на девушку.

Сердце Эшли забилось сильнее.

– О, Шейн!

Никому в жизни она не была так рада, как Шейну, доброму и верному другу. В глубине души почему-то крепла уверенность в том, что он найдет способ освободить ее, упросит власти отпустить Эшли на свободу.

– О, Шейн, как хорошо, что ты пришел!

– Неплохо выглядишь, Эшли, – смущенно пробормотал Шейн, почти брезгливо оглядывая убогую обстановку. – Правду говоря, не ожидал встретиться с тобой при таких обстоятельствах. Когда я услышал новости… просто поверить не мог… Ты согласна объяснить, что случилось? Что заставило тебя пойти на это, Эшли?

Краска медленно отлила от ее лица.

– Что заставило меня… Так ты думаешь, что я…

– Не важно, – поспешно перебил Шейн. – Забудь. И я не желаю ничего слышать. Ты не должна говорить ни с кем, кроме своего адвоката.

Эшли потеряла дар речи. Он считает ее виновной!

– Почему ты пришел?

– Поверь… мне вовсе не хочется приносить дурные вести… и я тут ни при чем… это компания… попросили сообщить, что ты уволена. То есть… разумеется, мы не имеем права допускать, чтобы доброе имя фирмы… Достаточно и того, что газеты уже упомянули, где ты работаешь. Надеюсь, ты понимаешь? Я ничего против тебя не имею и не желал бы, чтобы ты считала, будто… Никаких личных мотивов…

Но Эшли уже отвернулась и попросила увести ее.

По дороге в Сан-Хосе Дэвид Сингер старательно повторял все, что нужно сказать Эшли Паттерсон. Он вытянет из нее все, что сумеет, а затем поделится информацией с Джессом Куиллером, одним из лучших адвокатов-защитников в стране. Если кто-то и сумеет помочь Эшли, так это Джесс.

Наконец он у цели. Припарковав автомобиль, Дэвид направился в здание полицейского участка. Секретарь приветливо кивнула, приглашая его пройти в кабинет шерифа. Дэвид представился и протянул Даулингу визитную карточку.

– Я адвокат. Приехал, чтобы увидеться с Эшли Паттерсон.

– Она ждет вас.

– Меня? – удивился Дэвид.

– Конечно, кого же еще!

Шериф обернулся к новому помощнику и кивнул.

– Сюда, пожалуйста. – Помощник повел Дэвида в комнату для свиданий. Через несколько минут надзирательница привела Эшли. Дэвид потрясенно взирал на нее. Он видел Эшли лишь однажды, несколько лет назад, когда исполнял обязанности водителя у доктора Паттерсона. В то время она показалась ему привлекательной девушкой и не лишенной ума. Теперь же она превратилась в настоящую красавицу. Вот только глаза… бездонные озера, полные застывшего страха. Она молча подвинула стул и села напротив Дэвида.

– Здравствуйте, Эшли. Меня зовут Дэвид Сингер.

– Отец предупредил, что вы приедете, – нерешительно пролепетала она.

– Я хотел бы задать вам несколько вопросов.

Эшли кивнула.

– Но прежде чем начать, хочу заверить вас: все, о чем вы скажете, останется между нами. Но мне необходимо знать правду.

Дэвид нерешительно огляделся. Он не хотел заходить слишком далеко, но, чтобы убедить Джесса взяться за дело, следует разузнать как можно больше и по возможности добиться правды.

– Вы действительно убили этих людей?

– Нет! – возмущенно вскинулась Эшли. – Я ни в чем не виновата!

Дэвид вынул из кармана блокнот и, пролистав, нашел нужную страничку:

– Вы знали Джима Клири?

– Да. Мы собирались пожениться. У меня не было причин расправляться с ним. Я любила Джима. И он меня тоже.

Дэвид внимательно посмотрел на Эшли и снова обратился к блокноту:

– Как насчет Денниса Тиббла?

– Мы с Деннисом работали в одной компании. Я действительно видела его в ночь убийства, но клянусь, не имею никакого отношения к тому, что случилось. В это время я была в Чикаго.

Дэвид чуть приподнял брови.

– Вы должны мне верить! Между мной и Тибблом не было ничего общего.

– Пока оставим это. В каких отношениях вы были с Жан-Клодом Параном?

– Полиция уже допрашивала меня. Я в жизни о нем не слыхала. Как я могла зарезать человека, которого даже не видела? Господи, неужели не понимаете? – едва не заплакала Эшли. – Они арестовали меня, а настоящий преступник на свободе! Я никого не убивала.

Она горько всхлипнула.

– А как насчет Ричарда Мелтона?

– Я с ним не знакома, – срывающимся голосом пробормотала Эшли.

– И последнее. Не станете же вы отрицать, что знали помощника шерифа Блейка?

– Конечно, нет. Я сама попросила его провести ночь в моей квартире, поскольку боялась. Кто-то преследовал меня и угрожал. Я легла в спальне, а он – в гостиной, на диване. Утром… утром в переулке обнаружили его тело. Но зачем мне убивать человека, который согласился помочь?