— Я сказал правду, — отвечал его зять. — Мы знаем, что Крушители Черепов рядом, но только этот молодой воин смог заметить их. Когда-нибудь, возможно, он превзойдет Верного Глаза!

К середине четвертого солнца клан Лошади добрался до места. Снимающий Голову поехал вперед, чтобы осмотреть территорию и решить, где разбить лагерь. Место должно было быть подходящим и для защиты от зимних холодов, и для обороны.

Вождь сразу увидел, что местность отлично подходит и для того, и для другого. К ровной площадке с двух сторон подступали крутые склоны холмов. Они защитят поселение с севера и запада от Создателя Холода. Густой лес на юге сулил укрытие для животных, а также орехи и мелкую дичь для пропитания.

На востоке дубовый лес редел, оставляя незанятой узкую полоску земли, выходящую в прерию. Место прекрасно подходило для отражения конной атаки, несколько хуже — для защиты от врага, подкрадывавшегося лесом. Отчасти это компенсировалось тем, что на ближайшем холме можно было устроить отличный наблюдательный пункт.

Снимающий Голову проехал туда, на несколько сотен шагов вверх, и остался доволен. Один-единственный наблюдатель мог следить за всей местностью. Врагам будет почти невозможно пробраться через лес незамеченными. Вождь поднял руку, подавая знак, и народ устремился на небольшую равнину выбирать места для жилищ.

Следующие дни были наполнены непрерывной, отчаянной работой. Типи установили и утеплили охапками сухой травы, засыпанной между внешней и внутренней шкурами.

Тем временем листья дубов и орехов в роще становились золотыми, оранжевыми и малиновыми, травы прерии окрасились в приглушенные красноватые и темно-желтые тона, а сама она покрылась золотыми и пурпурными цветами такой красоты, что дух захватывало.

Стоял Месяц Созревания, люди еще иногда называли его Месяцем Охотника. Важность Месяца Охотника несколько подзабылась, когда на бизонов начали охотиться с помощью лошадей. Теперь же оба названия этого месяца наполнялись особым смыслом. Люди, которые, казалось, неплохо подготовились к зиме, вдруг остались практически ни с чем. Крушители Черепов постарались на славу. Большая часть припасов была разграблена или сожжена.

Ночи стояли прохладные, дни — солнечные, обманчиво тихие. Те члены клана, кто был помоложе, включая вождя, легкомысленно относились к тому, что вызывало у старших тревогу. Кое-кто из стариков еще помнил, как Месяц Голода в конце зимы бывал отмечен голодными смертями. Длинные вереницы кричащих гусей, тянувшихся к югу, уже появились в небе. Совсем немного времени оставалось до той поры, когда, после недолгого багряного великолепия, сумах на склонах холмов разом сбросит листву и начнется Месяц Падающих Листьев.

Создатель Холода нагрянет с севера, оттесняя Солнечного Мальчика с его факелом все дальше на юг. Белый Бизон делал прорицания, тряс своими погремушками и исполнял ритуальные танцы. Он, как и прочие представители старшего поколения, со страхом ждал наступления зимы. Шаман не мог припомнить, чтобы люди когда-нибудь были так плохо готовы к приходу Создателя Холода.

Глава 20

Среди людей оказалось немало тех, кто помнил Месяц Голода в зимы до появления лошадей, и они постарались объяснить молодым всю серьезность положения. Чтобы выжить, было совершенно необходимо запасаться едой. Без этого многие не доживут до Месяца Зеленеющей Травы.

Но сделать это было непросто. Бизоны, ставшие теперь основной пищей клана, уже откочевали к югу в преддверии зимы, оставались лишь небольшие стада или отставшие одиночки. Их можно было бы забить при случае, но устраивать организованную большую охоту не имело смысла.

«А особенно, — мрачно думал Снимающий Голову, — с теми считанными лошадьми, что у нас остались».

Поэтому пришлось вернуться к прежней пище, к которой привыкшие к изобилию люди стали было относиться с пренебрежением. Дети собирали плоды кизила, сладкий слой мякоти в которых был таким тонким, что едва ли стоил затраченных на сбор усилий. Их растирали вместе с косточками в липкую массу, чтобы, смешав с сушеным мясом и жиром, приготовить на зиму пеммикан. Орехов было в изобилии, причем разных видов. Часть их кололи и добавляли в пеммикан. Остальные складывали про запас.

В лесу было очень много желудей, и кто-то вспомнил, что в прежние тяжелые времена их употребляли в пищу. Секрет был в том, чтобы несколько раз прокипятить горькие желуди, пока вся горечь из них не выварится. Оставшуюся мучнистую массу можно высушить или тоже смешать с вяленым мясом.

Вокруг было полно белок. Подростки, которые несколько месяцев назад с презрением относились к столь мелкой добыче, теперь проводили много времени в лесу с луками и стрелами, охотясь на белок и кроликов.

Кое-кто в клане вернулся к старому обычаю и начал есть собак, но шаман старался отговорить людей от этого. Не то чтобы Белый Бизон был против собачатины. Он любил жирную поджаренную собачью ляжку не меньше других.

— Собак надо сохранить, — ворчал он. — Их можно съесть в снежную пору, когда настанут трудные времена.