Читаем Раскол племен полностью

Ряды охотников все увеличивались, и даже отсюда было видно, что к Кровавым примкнули молодые воины из других кланов Народа. Айээ, теперь уже казалось, что всадников больше, чем у человека пальцев на руках и ногах!

Пеший воин появился среди типи и направился к верховым. Снимающий Голову узнал Верного Глаза, а в следующий миг — и предмет его внимания. Разъяренный мужчина подошел к всаднику, который оказался его непослушным сыном, и заспорил с ним.

Вождь и его советники были слишком далеко, чтобы расслышать слова, но все было ясно и так. Верный Глаз запрещал сыну ехать с Кровавыми, а юноша настаивал на своем праве решать самому. Разговор явно зашел в тупик, когда подъехал высокомерный Барсук и вмешался в спор. Верный Глаз гневно обернулся к молодому воину, и голоса спорящих сделались громче.

Снимающий Голову понял опасность и рванулся вперед. Спорящие находились в доброй сотне шагов от него, и не успел вождь пробежать и половины пути, случилось неизбежное. Верный Глаз яростно вскрикнул и замахнулся на лошадь Барсука. Животное шарахнулось, и оружие, которым взмахнул в воздухе молодой воин, не достигло цели. Верный Глаз ухватился за повод, заставляя лошадь повернуть голову, и тут Барсук ударил во второй раз.

Старший воин уклонился от удара, перехватил запястье нападавшего и встряхнул, заставляя того разжать пальцы и выпустить оружие. Верный Глаз был некрупным мужчиной, но, казалось, силы его удесятерились, когда он подпрыгнул и стащил Барсука с лошади. Юноша тяжело рухнул наземь, но сразу же вскочил и сцепился с врагом. Вместе они упали и, обмениваясь ударами, покатились по земле, прямо под ноги перепуганной лошади.

Снимающий Голову, задыхаясь, добежал до толпы, собравшейся поглазеть на драку. На миг спины заслонили от него катающихся по земле мужчин, и вождь протиснулся вперед, отпихнув в сторону лошадь.

Барсук как раз поднимался, тяжело дыша.

— Он мог убить меня! — Голос юноши звучал почти умоляюще.

Снимающий Голову увидел неподвижное тело, лежащее лицом в пыли. Вождь опустился на колени и бережно перевернул Верного Глаза на спину. Кровь струйкой потекла из глубокой раны в животе. Глаза, которые видели так хорошо и снискали воину уважение племени, невидяще уставились на солнце.

По увеличивающейся толпе побежал гневный ропот. Взгляд Барсука перебегал с одного лица на другое, в отчаянии ища поддержки, но встречая лишь гнев.

— У меня не было другого выхода! Он напал на меня!

— У Верного Глаза не было оружия, — тихо заметила женщина, и возмущенный ропот усилился.

Койот, отдуваясь, подбежал, присел на корточки рядом со Снимающим Голову и торопливо заговорил:

— Снимающий Голову, это дело должен решать Большой Совет. Я послал за верховным вождем.

Люди были совершенно ошеломлены случившимся. Запрет на убийство одного члена племени другим был самым суровым из всех табу. И хотя жестокость и смерть были обычным делом, этот закон соблюдался неукоснительно. Убивать представителя Народа нельзя.

Барсук все еще беспомощно озирался, ища и не находя поддержки, когда прибыл верховный вождь в сопровождении двух старейшин Северного клана. Толпа расступилась, освобождая проход. Острые глаза старого вождя Много Шкур с одного взгляда оценили ситуацию. Жена Верного Глаза сидела возле него, тихо всхлипывая. Его сын, причина всего случившегося, стоял, словно оглушенный.

— Мальчик, — жестко обратился к нему верховный вождь. — Твоя вина велика. Теперь ты должен стать опорой своей матери.

Много Шкур повернулся к злополучному Барсуку. Молодой воин попытался что-то сказать, но осекся и замолчал под уничтожающим взглядом верховного вождя.

— Ты пойдешь в свое типи и останешься там до тех пор, пока с наступлением темноты не соберется Большой Совет. С тобою пойдут мужчины.

Много Шкур отвернулся и более мягким тоном обратился к Снимающему Голову:

— Твои воины приведут его на Совет?

Снимающий Голову кивнул. Он совершенно пал духом: человек из его клана, клана Лошади, совершил такой позорный поступок!

Верховный вождь повернулся, и толпа вновь расступилась перед ним. Люди начали расходиться, теперь они собирались маленькими группками и возбужденно обменивались мнениями.

— Снимающий Голову, у нас очень много дел. — Койот тронул вождя за локоть, возвращая к действительности.

Подошел Белый Бизон и начал объяснять, что теперь следует делать.

Плач и причитания Песни Скорби доносились из типи Верного Глаза, пока шаман наскоро наставлял своего молодого вождя:

— Очень плохо, Снимающий Голову, что все это случилось в дни Танца Солнца. Это может принести нам несчастья на весь год. Мы должны быстро убрать отсюда мертвое тело, чтобы злой поступок не осквернил место священного Танца.

Снимающий Голову кивнул. Согласно обряду погребения, тело должно быть водружено на специальный помост высоко на деревьях, но вдалеке от навеса Танца Солнца.