— Айээ, — воскликнула его жена. — Что я могу с ним поделать? Его бабка была из Восточного клана.

Общий хохот был ей ответом.

Итак, Восточный клан пришел, и шаманы начали обходить лагерь и возвещать о том, что через четыре дня начнется Танец Солнца и будет длиться семь дней безостановочно. Когда танцоры устанут, их места займут другие, чтобы те, поев и отдохнув, могли вновь вернуться обратно.

Главной темой праздника станет возвращение после долгой зимы солнца, травы и бизонов. Прозвучат благодарственные песни, и песни во славу племени, и песни — просьбы о добром здравии. Больные тоже будут танцевать и совершать жертвоприношения, прося об исцелении.

Четыре дня приготовления шли полным ходом. Семья верховного вождя убила огромного бизона. Его шкура и голова были натянуты на ветви кустарника на западном краю навеса для Танца Солнца. Чучело животного будет в центре всего празднества в последующие дни.

Но до первой церемонии Танца Солнца, до любых других важных праздничных дел должно было произойти еще одно необходимое событие. Первые объявления о празднике, начавшиеся после прихода Восточного клана, были также сигналом для официального сбора всего племени этим вечером. Когда Солнечный Мальчик унес свой факел за край земли, люди начали собираться на Большой Совет.

Глава 9

Большой Совет должен был состояться не в дни Танца Солнца, а перед началом празднества. Когда удлинились тени, был зажжен костер, а рядом подготовлен запас топлива, чтобы поддерживать огонь.

Конечно, костер нужен был не для того, чтобы греться. Вечер был тихим и теплым, и свежий ветерок, дующий из прерии, еще не прибавил прохлады вечерним теням. Но во время Совета костер необходим. Таинство церемонии зажжения огня было частью всего ритуала. И уж, конечно, такое важное событие, как Большой Совет, не могло обойтись без этого торжественного обряда.

Кое-кто приходил пораньше, чтобы занять удобные места. Кланы по традиции располагались в строго определенном порядке, в точности повторяющем размещение их лагерей вокруг площадки для Танца. Порядок этот никогда не обсуждался, он просто соблюдался. Происхождение этого обычая терялось в глубокой древности. Так было всегда.

Вожди всех кланов должны были сидеть ближе других к ритуальному костру. Сразу за ними располагались их помощники и лучшие воины каждой группы. Во втором ряду иногда можно было увидеть женщин; считалось вполне обычным, когда женщина выступала на Совете. Это очень удивляло Снимающего Голову в ту пору, когда он знакомился с жизнью народа своей жены. На его родине ничего похожего не было.

Еще дальше от костра располагались молодые воины. Те, у кого не было этого статуса, или же кого мало интересовал Совет, рассаживались вокруг. И уже совсем в стороне лениво слонялись или играли, бегая меж типи, дети. Время от времени кому-нибудь из взрослых приходилось вставать и напоминать им, чтобы они в знак уважения к Большому Совету вели себя потише.

Вожди должны были прибыть последними, но простые воины уже собирались. По мере того как заполнялся круг, Койот понял, что позади места вождя клана Лошади маловато народа. Он с тревогой оглядел толпу и быстро сообразил, что не видно сторонников молодого Барсука.

Беспокойство Койота возросло. Что могут затевать Кровавые? Он не спеша вышел из круга, потом повернулся и поспешил к типи Снимающего Голову. Высокий Тростник как раз заканчивала заплетать волосы мужа.

— Входи, отец, — пригласила она, на миг отрываясь от своего занятия. — Мы уже почти готовы.

Она взяла блестящие испанские удила и с благоговением надела ремешок, на котором они висели, на шею мужа. Когда-то эта сверкающая штука находилась во рту серой кобылы молодого вождя — первой лошади, увиденной племенем. Теперь удила считались самым сильным амулетом, носителем магии, дающим Снимающему Голову власть над лошадьми. Удила теперь использовали только в качестве талисмана, молодой вождь носил их на шее, да и то в особых случаях. Койот молчал, глядя, как отблески огня отражаются на покачивающемся серебре. Хоть Койот сам и играл одну из главных ролей в событиях, связанных с этим могущественнейшим из амулетов, он тоже испытывал благоговение перед ним. Магия амулета лошади была даже сильнее, чем он сначала думал. Ее сильнейшее влияние совершенно изменило жизнь племени. Это, наверное, проявление самой великой магии с тех времен, как появились Первый Мужчина и Первая Женщина.

Койот оторвался от своих раздумий и понял, что его зять что-то говорит ему.

— Дядя, — спрашивал меж тем Снимающий Голову, — Совет уже должен вот-вот начаться?

— Важно, — учила своего мужа Высокий Тростник, — появиться точно в положенное время. Не слишком рано, чтобы не опередить других вождей, но одновременно с ними. Кроме этого, прийти надо до выхода верховного вождя. Прийти позже — значит проявить неуважение.

Эта сложная проблема решалась на самом деле просто — по окончании приготовлений Снимающему Голову следовало выйти и подождать у типи, пока он не увидит, что вожди других кланов приближаются к костру.