Читаем Раммер полностью

Корбетт был взбешен, сразу принялся за работу, начав с полевых генераторов. Мало-помалу он забыл об охраннике с пилотом и мече, занесенном над его головой. Проведя много часов в кресле перед экраном, он назубок знал свой корабль. И только теперь к нему пришло чувство причастности к грандиозному проекту: он командир, а не винтик этого удивительного творения рук человека, — командир, которому поручено воплотить в жизнь… ага, в топливном баке слишком большое давление. Это серьезно и нужно его осторожно уменьшить. Сбросив давление жидкого водорода, Корбетт тщательно осмотрел корпус корабля и ничего больше не обнаружил.

Шлюзовая камера имела три двери. Он закрыл наружную и, когда зажглись зеленые сигнальные лампы, две другие. Бросив взгляд на приборы, расположенные у него под подбородком, Корбетт протянул руку к замку гермошлема и замер. Вакуум?

Но контрольно-измерительные приборы на борту звездолета показывают воздух, а его — вакуум. Чему верить? Правда, не слышно никакого шипения. И потом, насколько герметичен шлем?

Проклятый Пирс только и ждет, чтобы он снял его, находясь в вакууме. Как проверить? Корбетт повернул голову, нашел водопроводный кран и повернул его. Вода под действием лунного притяжения причудливыми пятнами разлилась по полу.

Корбетт облегченно вздохнул, снял шлем со скафандром и продолжил осмотр. Электромагнитные двигатели нет смысла проверять, не вызвав при этом массу неполадок в линейном ускорителе. Контрольно-измерительные приборы в порядке, система жизнеобеспечения тоже. Установки подачи кислорода работали нормально, вот только механизм канализации забит, но этой грязной работой можно будет заняться потом.

Не связана ли неисправность скафандра с неисправностью корабля?

Все необходимо проверить самым тщательным образом, ведь государство могло что-нибудь и упустить. Как-никак это был его корабль., его жизнь.

Камера анабиоза напоминала большой гроб, — гроб, в котором он так долго находился. Корбетт невольно содрогнулся, припомнив те двести лет, которые он провел, лежа в жидком азоте.

Ему опять подумалось, а умер ли в самом деле Джером Корбетт, но, отогнав мрачные мысли, он продолжил осмотр.

Криогенная камера функционирует безупречно, но вот компьютер… Пришлось долго возиться с ним, и в конце концов отыскался микроскопический разрыв в сверхпроводящей цепи.

Негодяи! Корбетт снова надел скафандр и отправился докладывать охраннику.

Тот выслушал его, переговорил с пилотом и сказал:

— Ты справился. Выправь окончательно давление в баке, а мы займемся остальным.

— Мой скафандр барахлит…

— Новый найдешь на борту.

— Мне еще надо поработать с компьютером. Я должен убедиться, что он не откажет.

— Не откажет. Когда выровняешь давление, можешь взлетать.

Внезапно Корбетт почувствовал, что Луна уходит у него из под ног.

Старт звездолета Корбетт перенес тяжело: перед глазами замелькали цветные круги и кровь ударила в затылок, но он выжил. Немного придя в себя, Корбетт с трудом выбрался из кресла и подплыл к иллюминатору как раз во время: далеко внизу под ним раскинулся восхитительный лунный пейзаж…

Теперь началось свободное падение, которое будет продолжаться до тех пор, пока он не окажется на орбите Меркурия, в самой гуще солнечного ветра, состоящего из протонов. Этот ветер вместе с гравитацией Солнца разгонит его аппарат до заданной скорости.

Не зная, чем заняться, Корбетт сел за компьютер. Но тут ему в голову пришла мысль, что за ним может следить государство.

Немного подумав, он пожал плечами; в любом случае его уже не остановить. Он и так сказал слишком много.

Компьютер дал ответы, которые вполне удовлетворили его.

Оказывается, при высоких скоростях электромагнитные поля обладают эффектом самоусиления и скорость корабля становится практически неограниченной.

Сгорая от нетерпения, Корбетт пересел к пульту управления и начал манипулировать полями, и сразу корабль, подхваченный невидимыми крыльями, сильно тряхнуло. Тогда он осторожно направил поля ближе к кораблю, боясь потерять равновесие в этом месте, где поток протонов был таким слабым.

Его аппарат выровнял курс — РНК-подготовка делала свое дело.

Стремительно летящий объект из огня и металла понес семена жизни далеким мирам. Вскоре он обогнул Солнце, и тяга немного упала, поскольку направления движения корабля и солнечного ветра совпали. Но потом скорость снова возросла.

Оказавшись на орбите Марса, когда яркий солнечный свет уже не мог ослепить его, Корбетт открыл все иллюминаторы и в восхищении замер от множества сверкающих белых и цветных точек, рассыпанных по всему небу, на фоне которого тянулся еле заметный шлейф от сгоравшего водорода.

На орбите Меркурия он развернулся, и тяга увеличилась. Этот маневр, конечно, озадачит Пирса и его безликое государство.

Но скорее всего они подумают, что он испытывает оборудование. Ну что же, подумал Корбетт, чем позднее сообразят, что к чему, тем лучше.