Читаем Раджа-Йог полностью

Главное значение этого опыта было в том, что он показал возможность передачи телепатической информации через такие среды, которые очень затрудняют радиосвязь (толща морской воды и замкнутая металлическая обшивка подводной лодки). Неизвестный фактор, передающий мысленное внушение, легко преодолевает такие препятствия. Приятно было сознавать, что к такому выводу Васильев со своими коллегами пришел на четверть столетия раньше, еще в тридцатых годах! Американский опыт подтвердил правильность выводов советских ученых. На Ленинградской конференции, посвященной Дню радио, 21 апреля 1960 года в Доме ученых Васильев сделал научный доклад на эту тему. С этим докладом он неоднократно выступал не только в Ленинграде, но и в Москве. Многим стало очевидно, что телепатические явления нельзя игнорировать, их надо изучать. И вот, наконец, в Ленинградском университете в 1960 году организовали специальную группу для изучения телепатических явлений, руководить которой стал Васильев.

К тому времени ученый понимал, что неоспоримыми считаются только экспериментальные данные, получаемые с применением количественных методов изучения мысленного внушения. Нужно овладеть явлениями мысленного внушения в такой степени, чтобы их можно было бы повторно вызывать и демонстрировать всем и каждому. К сожалению, подходящие для таких опытов испытуемые встречались редко. Жизнь преподнесла Леониду Леонидовичу «подарок»: на редкость одаренного юношу Автандила Ломсадзе. Началась работа, о которой ученый мечтал многие годы.

5

Через два месяца Автандил снова в Ленинграде. Все было уже знакомо. Как и в прошлый раз, его поселили в гостиницу «Европейская».

— Как дела? — спросил Васильев, который с нетерпением ожидал юношу.

— Все хорошо. Готов к опытам.

— Отлично. Познакомься: это Николай. Сегодня мы будем работать вместе. Он будет индуктором, сейчас он задумает слово и будет его передавать тебе мысленно, а ты, как всегда, будешь перципиентом и постараешься мысленно прочитать это слово.

— Хорошо, — сказал Автандил.

Васильев увел Николая в другую комнату.

— Николай, пусть это слово обозначает определенный предмет. — Начнем с простого.

Через несколько секунд Автандил был готов.

— Телевизор.

— Отлично, — сказал Леонид Леонидович. — Попробуем еще. Опыт провели несколько раз. И каждый раз Автандил с легкостью определял мысленно передаваемое ему слово.

— Давайте усложним опыт, — предложил профессор, не уточняя, как именно собирается усложнять его.

— Николай, — обратился Васильев к индуктору, войдя к нему в комнату, — задумай теперь слово, не несущее предметный образ.

— Радость? Вдохновение? Или из другой области: чаепитие?

— По-моему, лучше слово «радость». Когда Васильев пришел в аудиторию к Автандилу, ответ был уже готов:

— Радость.

— Прекрасно, — сказал Леонид Леонидович. — Ты не устал? Может, сделать перерыв?

— Нет, нет, можно продолжать…

— Тогда попробуем сделать наоборот. Поменяйтесь местами. Автандил, ты будешь мысленно передавать слово, то есть будешь индуктором, а ты, Николай, попробуешь воспринять это слово, то есть будешь перципиентом.

Когда молодые люди заняли свои места, Васильев попросил Автандила взять самое простое слово, «стол». Но, увы… Как ни старался Николай, воспринять он его так и не смог. Снова пришлось поменяться местами, и опыты возобновились по старой схеме: Николай — индуктор, Автандил — перципиент. Эксперименты были не просто успешными, они открывали большие перспективы. Автандил легко воспринимал такие слова, как «траектория», «сюжет», «мгновение», «сомнение», многозначные числа.

Результаты опытов были настолько удивительными, что Васильеву хотелось продолжать и продолжать их. Но опытный в таких делах профессор был осторожен. Слишком много неудач было на его пути.

— На сегодня хватит. Отдыхайте.

До сих пор профессор думал, что для успешных опытов необходима связь между индуктором и перципиентом, то есть они должны быть родственниками или хотя бы хорошо знать друг друга. Только что проведенные опыты доказали, что это условие совсем не обязательно, и у незнакомых людей могут совпадать ритмы посыла информации с благоприятными моментами для ее восприятия. В человеческом организме существуют два аппарата связи на расстоянии: один для посыла, другой для приема; у одних индивидуумов лучше действует «аппарат посыла», у других — «аппарат приема»,* У Автандила на редкость хорошо действует «аппарат приема». У него высокая, непостижимая степень телепатической

*Васильев Л.Л. Внушение на расстоянии. М.: Гос. изд-во политической литературы. 1962. Стр. 88.

способности, и, по всей видимости, она у него врожденная.

В последующие дни опыты продолжались и усложнялись. Менялись индукторы (люди, мысленно передающие), Автандил с легкостью воспринимал любые слова и цифры от любого человека.

Как-то, придя в лабораторию, Автандил увидел женщину лет тридцати. Васильев представил Веру Сергеевну (она не являлась сотрудником лаборатории) как нового помощника в их опытах. Наступил следующий этап усложнения экспериментов.