Читаем Путями тьмы полностью

— С чего бы Себастьяну так расщедриться на самолет? Ты же отказал ему, — я кое-как сложила дорожные карты, собравшие все грязные пятна с единственного столика на заправке, и попыталась запихнуть стопку в переполненный бардачок. Карты сопротивлялись.

Дорожная романтика уже сидела в печенках.

— Он мой старый друг, к тому же, вряд ли он полностью отказался от идеи привлечь нас на свою сторону. Когда ты живешь не одну сотню лет, то знаешь, как изменчивы бывают обстоятельства.

— Вот именно, что изменчивы, — сказала я, со вздохом возвращаясь к трамбовке карт. — Одна нечистивейшая Мать знает, что Себастьян мог задумать.

— Он решил помочь.

Пожала плечами. Я не доверяла потенциальным фанатикам, цель которых может оправдать любые средства. А идеалистические воззрения Себастьяна веяли лишь верхушкой реальный намерений, которые всплывают обычно много позже первых лекций о чудесных перспективах нового мира.

— И что же, этот… Себастьян полетит с нами? — спросил Стив.

— У него нет желания и времени участвовать в нашем путешествии. Он пришлет своего доверенного фамильяра, Агату, которая сопроводит нас до Каира.

Карты, наконец влезли, и я закрыла бардачок с громким хлопком. Более громким, чем того требовалось.

— Та девушка с длинными светлыми волосами? — я криво улыбнулась. — Она способна не только носить подносы и наливать кровь, но и дать краткий инструктаж по безопасности в самолете?

— Чего ты так на нее взъелась? — удивился Адриан. — Ты видела ее всего раз, и вы не успели даже словом обмолвиться.

— Меня, что же, не могут раздражать люди без всяких на то причин? Для исчадия преисподней я и так слишком хорошо себя веду.

— Сохрани достигнутую планку. Фамильяры находятся под протекцией своих хозяев, и если ты сцепишься с Агатой, краснеть придется мне.

Адриан заменил Стива на водительском сиденье, что судило очередную адреналиновую поездку. До восхода солнца оставалось часа четыре, и чтобы не терять ночь, нам вновь пришлось нарушить все скоростные ограничения и правила дорожного движения. Бессмертен ты или нет, но на скорости под двести начинаешь задумываться, стоит ли экономия времени твоей подпорченной шкуры. Мы остановились только дважды, — из-за острой необходимости бедняги Стива очистить желудок.

Мои шуточки про инструктаж, оказалось, имели под собой реальную основу: Агата ждала нас перед аэропортом в униформе стюардессы. На безупречной фигуре подогнанный в обливку наряд смотрелся не строго, а излишне сексуально, словно сейчас раздастся музыка и девчонка начнет медленно расстегивать пуговки пиджака.

Обращать на это внимание вслух не хватило сил, и Агата, не подозревая о направлении моих мыслей, под коллективное молчание разглядывала наши зеленые лица, пока мы приходили в себя.

После бешеной гонки только Адриан выглядел бодрячком. Вслед за Стивом, поплохело и Одри, но девочка мужественно держалась и не тратила драгоценную кровь, которая покинула бы ее организм вместе с желчью. Я чувствовала себя немногим лучше.

— У вас с собой документы? — наконец, спросила Агата. В ее руках откуда-то появилась бутылка минералки, и девушка протянула ее мне с самой сострадательной улыбкой из всех, что я видела.

— Рога — мои документы, — пробормотала я, но бутылку взяла.

— Если нет, это не проблема…

Агата замолкла, заметив стопку паспортов, которые вытащил из поясной сумки Стив. Естественно, поддельных.

— Чудно, — проворковала фамильяр. — Прошу за мной.

Прежде чем оказаться в закрытой от посторонних зоне, нам пришлось протолкнуться сквозь толпу туристов. Я подхватила растерянную Одри под руку и с трудом не отставала от проворной фамильярши Себастьяна, ориентируясь на яркую форму. Перегруженное восприятие норовило затереть все лица в одно, голоса сливались в ровный раздражающий шум.

— Понапридумывали самодвижущихся консервных банок, а нам мучатся, — жаловалась я. — Тысячелетиями скорость передвижения людей не превышала возможности лошади, теперь же только успевай подстраиваться. Последние полтора столетия — сплошное сумасшествие. Каково тем демонам, которые на несколько десятков лет были отозваны обратно в ад? Для них возвращение наверх как прибытие на иную планету…. Ладно машины, но все эти дирижабли, воздушные шары, вертолеты, самолеты…

— Ты боишься летать, да? — с детской непосредственностью спросила Одри.

— Я?! С ума сошла? Я летала задолго до того, как человек впервые подглядел устройство птичьих крыльев.

— Хелла, у тебя ладони вспотели…

Я выругалась, не делая скидку на присутствие Одри.

Одно дело парить на собственных крыльях на высоте, не превышающей многоэтажку, другое — сидеть в закрытой металлической торпеде с крыльями на высоте несколько тысяч километров.

— И мы даже еще не в самолете, — продолжила новообращенная. — Может, тебе выпить что?

Я замолчала до самого трапа, подав голос только чтобы ответить на простые вопросы таможенника, из головы которого пришлось считать, под каким именем и фамилией я прохожу в документах в этот раз.

Зайдя на ватных ногах в салон, я тормознула перед юношей-стюардом и после выслушивания вежливых приветствий тихо проговорила.