Читаем Путь Святых Отцов полностью

а) О единстве первого рода он так говорит: «Бог Один и Один Христос, одна Церковь Его, и вера одна, и один народ, совокупленный в единство тела союзом согласия. Единство не должно дробиться, так же не должно дробиться и одно тело, чрез разрыв связи, – не должно разрываться на куски терзанием отторженных внутренностей: все, что только отделилось от жизненного начала, не может с потерею спасительной сущности, жить и дышать особою жизнию».

Образ единства Церкви Христовой священномуч. Киприан видит в таинстве Евхаристии. «И самое таинство Жертвы Господней указывает на христианское единодушие, скрепленное твердою и неразделимою любовью. Ибо когда Господь называет телом Своим хлеб, составленный из соединения многих зерен; то тем указывает, что народ наш... составляет одно целое; и когда кровию Своею называет вино, выжатое из виноградных кистей... и сдавленное в одно, то тем означает, что и стадо наше составлено из смешения многих, скрепленных в одно».

Священномуч. Киприан указывает, что Церковь едина и имеет средоточие своего единства. Это средоточие двоякое: внутреннее, невидимое и внешнее, видимое. Первое составляет Сам Господь Иисус Христос, как основатель и Глава Церкви, верховный Пастыреначальник и Председатель Ее, от Которого проистекает и к Которому возвращается вся жизнь Церкви. Второе средоточие (видимое) составляет в каждой частной Церкви ее епископ, как наместник Христа и апостолов, а во всей Вселенской Церкви – Собор епископов, которые чрез преемственное посвящение, вместе с подчиненной им иерархией, заступают место апостолов (Пис. 54, «К Флоренцию»), «Церковь по всему миру одна, разделенная Христом на многие члены, и епископство одно, разветвленное в единодушном лике многих епископов».

Единство Поместной Церкви священномуч. Киприан определяет так: где епископ, там и Церковь, епископ в Церкви и Церковь в епископе, а кто не с епископом, тот и не в Церкви, так что «Церковь заключается в епископе, клире и всех стоящих в вере», и этим взаимным союзом их свидетельствуется «единство между Самим Христом и Его Церковью» (Пис. 3, «К Помонию»).

Учение о единстве Поместной Церкви высказывалось и ранее священномуч. Киприана, священномуч. Игнатием Богоносцем, но формулировка учения о единстве Вселенской Церкви была новым вкладом в экклезиологию. «Епископов для того и много, чтобы в случае уклонения от истины одного, принимали другие на себя заботы о стаде Христовом». Сущность церковного управления, по священномуч. Киприану, состоит в том, что дела отдельной Церкви стоят под контролем Собора всех епископов.

б) Но священномуч. Киприан не довольствовался раскрытием единства Церкви, по которому она представляет собою единое, нераздельное, хотя и многосоставное, целое. Он говорит и о единстве второго рода – о единственности Церкви. Священномуч. Киприан справедливо заключает, что нет и не может быть другой Церкви, кроме основанной Иисусом Христом и управляемой Им через законно поставленных епископов и пастырей, и что в ней одной лишь возможно спасение. «Нельзя ставить другого алтаря и нового священства там, где есть один алтарь».

Таким образом, священномуч. Киприан, говоря, что есть и может быть только один алтарь, один епископ, одна кафедра, одно крещение, выражает именно ту мысль, что алтаря, епископа, кафедры, крещения и вообще святых таинств, при посредстве которых можно было бы спасаться и входить в единение со Христом, нигде не может быть, кроме одной Церкви.

3. В своих сочинениях священномуч. Киприан излагает учение о таинствах, как с догматической, так и с обрядовой стороны.

а) В крещении прощаются все грехи. «Крещение есть начало всей веры, спасительный вход в надежду вечной жизни и божественное благоволение к рабам Божиим, которых надлежит очистить и оживотворить». Упоминает он и о восприемниках.

б) О таинстве миропомазания священномуч. Киприан говорит: «Необходимо также тому, кто крещен, быть и помазану (елеем, освященным епископами), чтобы приняв хрисму (χρίσμα ), то есть помазание, он мог сделаться помазанником Божиим и иметь в себе благодать Христову» (Пис. 57).

в) О покаянии он учит: «Умоляю же вас, возлюбленнейшие братья! Пусть каждый исповедует свой грех, пока исповедь его может быть принята, пока удовлетворение и отпущение, при посредстве священников, угодно Господу» («Книга о падших»).

Священномуч. Киприан сравнивает покаяние с тяжкой операцией. Тяжесть всех лишений и аскетических подвигов не должна быть меньше греха. Лучшим средством примирения с Богом служит мученичество, как высшая и наиболее тяжкая форма страдания за грех. Оно не только уравновешивает все грехи, как бы тяжелы они ни были, но и дает большой излишек, который в очах Божиих имеет значение великой заслуги. Доблестное перенесение муки не только очищает мучеников от грехов, но и делает их святыми. В учении о том, что достойное покаяние за грехи, совершенные после крещения, невозможно без телесного страдания, священномуч. Киприан единомыслен с Климентом Александрийским.