Читаем Путь к звезде полностью

За разговором мы не заметили, как дошли до управления стражи. Поглядев на мое побледневшее от волнения лицо, Кэл улыбнулся и сказал:

— Не стоит бояться, все будет нормально!

Вышли мы из управления где-то через час. Нас внимательно выслушали, тут же послав отряд за покойниками, затем записали наши показания. Пока записывали, посланный отряд вернулся: его начальник вошел в комнату, подошел к расспрашивающему нас офицеру и что-то прошептал, заставив того подскочить в кресле и недоверчиво спросить:

— Что, правда они?

Стражник кивнул и офицер, отбросив перо со словами: «я должен это увидеть!» выбежал из кабинета, бросив нам:

— Я скоро вернусь, подождите пожалуйста!

Мы переглянулись — интересно, что произошло?

Офицер вернулся через пару минут, уселся на свое место и посмотрел на нас с интересом:

— Что ж, должен сказать, что вы оказали огромную услугу страже. Убитые вами — десятка наемника, известного под именем Варн. Мы подозревали его в нескольких убийствах и нападениях, однако доказать ничего не смогли, так что вы избавили нас от серьезной головной боли. Что же касается заявления относительно нанимателей… Я попробую дать делу ход, но вы же понимаете, что решения принимаю не я, — он развел руками.

Я кивнула:

— Понимаем, пусть все идет как идет. Можем мы идти?

— Да, — он встал и поклонился, — и еще раз спасибо вам.

К Академии мы бежали: до полуночи, когда замкнется защита, оставалось совсем немного времени. Успели в последний момент — через несколько секунд после того, как мы шагнули в ворота, их окутала золотистая дымка. Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись:

— Вот это забег! — произнес Кэл.

— Да уж, — покачала головой я, — ну что, пойдем?

Кэл проводил меня в общежитие и ушел, пожелав доброй ночи. Я поднималась по лестнице и улыбалась — сегодняшний день оказался удивительно плодотворным! Интересно, отстанет ли семья Арианы от меня теперь?

Этой ночью мне снился Кэл. Нет, это был не сон-свидание, что были у меня раньше — просто сон, в котором мы о чем-то болтали, смеялись и гуляли босиком по берегу моря. Мечта, что согрела душу и заставила меня проснуться с улыбкой.

С тех пор наши отношения с Кэлом изменились. Он неизменно улыбался мне при встрече своей чудесной улыбкой, от которой трепетало сердце и светлел самый мрачный день. Несколько раз мы сталкивались в парке и беседовали: просто невинная болтовня двух знакомых, но я после каждой такой встречи чувствовала себя окрыленной.

Пришла зима, на землю лег снег, укутав все вокруг белоснежным пушистым покрывалом, деревья в парке украсились серебристым инеем, что сверкал под лучами яркого солнца. По вечерам важные студенты Академии превращались в обычных подростков, играющих в снежки и со смехом валявшихся в сугробах. Приближались каникулы, а с ними — и Зимний бал.

Мое платье было готово, и Фралия дошивала платье Сигни: идя на первую примерку, я потащила подругу с собой. Посоветовавшись, мы придумали фасон для ее платья, с трудом убедив краснеющую Сигни, что полностью прятать такую шикарную грудь — преступление. Для своего платья она выбрала персиковый атлас, заявив, что всегда мечтала о платье такого цвета, и теперь восхищенно вертелась перед зеркалом во время каждой примерки. Буквально за пару седмиц до каникул мне пришла в голову одна идея, которой я поделилась с Фралией, вызвав у той искреннее восхищение, так что теперь портниха занималась еще и ее реализацией.

Наконец наступили каникулы. Хоть в Академии экзамены и были исключительно годовыми, преподаватели в преддверии отдыха особо зверствовали с домашними заданиями, так что наступление долгожданного отдыха обрадовало всех.

Зимний бал по традиции приходился на пятый день каникул, и наконец этот знаменательный день настал. Мы с Сигни провели четыре дня, посещая «салон красоты»: с кожи убрали синяки и ссадины, массаж и всевозможные маски сделали ее шелковистой и словно светящейся изнутри. В день бала мы с утра побывали у парикмахера и пришли оттуда, пряча головы под легкими шарфами, не желая демонстрировать свои прически раньше времени.

Я стояла у зеркала и любовалась собой. Лан увел Сигни, сообщив мне, что Рейн придет чуть позже. Услышав стук в дверь, я надела широкий длинный плащ, скрывающий платье, и набросила капюшон, полностью закрывший прическу и затенивший лицо. Именно это и было моей идеей, за воплощение в жизнь которой с энтузиазмом неофита взялась Фралия. Так что Рейна ждал сюрприз!

Открыв дверь, я невольно залюбовалась им: строгий атласный камзол темно-зеленого цвета, расшитый серебром, прямые брюки, белоснежная рубашка. Он удивленно взглянул на меня:

— Лин? Что это?

— Сюрприз, — таинственным шепотом произнесла я, — все увидишь на балу.

Рейн покачал головой:

— Что ж, моя загадочная нари, не соизволите ли подать руку томимому любопытством поклоннику?

Я присела в реверансе, поднялась и взяла его под руку. Бал проходил в главном зале Академии, говорят, это один из самых больших бальных залов Каэрии. Рейн вел меня, безуспешно пытаясь разглядеть мое лицо и наряд, я же только посмеивалась и просила чуть-чуть обождать.