Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

Это был «Талос», гораздо меньший, чем тот, с которым они сражались ранее, но не менее смертоносный. Его скорпионий хвост метался из стороны в сторону. Иллитиан прицелился, держа пистолет обеими руками, и выстрелил, попав прямо в изогнутый передний панцирь. Заряд бластера пробил в броне дыру с кулак размером и ушел в глубину, где находились чувствительные внутренности машины. Та как будто покачнулась в воздухе, опустила нос для большей скорости и подобралась, готовясь броситься на Иллитиана, словно раненое животное.

Вдруг сбоку машины возник теневой гигант, Ксхакоруах. Казалось, он просто вытек из воздуха, подобно облаку дыма, сгустившемуся из ничего. Король мандрагор по-прежнему сжимал в руках тяжелую ржавую косу, которой он с размаху ударил «Талос», разрубив его пополам. Разбитые куски машины рухнули наземь с отчаянным воплем истерзанного металла.

Иллитиан немедленно поднял пистолет дулом к потолку, чтобы показать, что не желает причинить вред королю. В этот миг мимо промчалась Кселиан с обнаженным клинком — прямо на Ксхакоруаха. Иллитиан открыл было рот, чтобы крикнуть и остановить ее, но тут он увидел то, что уже увидела она. Позади Ксхакоруаха материализовался другой теневой силуэт. Кселиан прыгнула вперед как раз, когда это видение замахнулось на шею короля мандрагор длинным прямым клинком. Вытянутое вперед лезвие Кселиан не успело бы заблокировать удар, но отвело его в сторону. В итоге Ксхакоруах, который уже уклонялся в сторону, думая, что Кселиан напала на него, был поражен в плечо. Теневой гигант взревел от боли и возмущения, когда острый меч пробороздил глубокую рану по его широкой спине, но его рев ясно говорил, что он остался жив. Кселиан перекатилась и вскочила на ноги, готовая сразиться с новым врагом — но обнаружила, что тот уже исчез.

Сцена погрузилась в безмолвие, нарушаемое лишь треском пламени и руганью короля мандрагор. Иллитиан чувствовал, что за пределами круга, освещенного огнями, собираются мандрагоры, рассерженные и не понимающие, что произошло. Он собирался приказать Беллатонису позаботиться о раненом короле, когда понял, что оба прислужника гемункула — Ксагор и Харбир — пропали.

— Иллитиан, что тут, черт возьми, творится? — потребовала ответа Кселиан, подозрительно разглядывая окруживших их мандрагор.

— Беллатонис заманил нас в это место, чтобы убить нас вместе со славным королем Ксхакоруахом, — твердо ответил Иллитиан. — Я думаю, ты выживешь, Ксхакоруах, ты выглядишь крепким парнем.

Гигантский мандрагор отряхнулся, как собака, и вязкая чернота, что сочилась из его ран, поубавилась.

— Просто царапина, — прогремел Ксхакоруах, явно чувствуя боль. — Зачем гемункулу было предавать меня? Он верно служил мне.

— Таков его метод, — горько вздохнул Иллитиан. — Он будет верно служить одному хозяину, пока не предаст его ради другого. Я гарантирую, что за этим стоит Вект. Что последнее сообщил тебе гемункул? Это может указать нам на причину.

— Он только что вернулся из верхнего города с новостью о том, что Вект спустил с цепи своих Карателей, — неуверенно ответил Ксхакоруах. — Он сказал мне, что мы нуждаемся в оружии, оружии, которого у нас нет, если хотим победить.

— Видишь — он уже принял решение предать тебя, он указывал на твою слабость, — уверенно продолжал Иллитиан. — Когда гемункул узнал, что ты собираешься встретиться со мной и Кселиан, с теми, кто мог бы предоставить тебе столь необходимое оружие, он был вынужден сделать свой ход, и, как это часто бывает, пал жертвой собственных кровожадных интриг.

Выражение лица Кселиан колебалось между недоверием и восхищением тем, как Иллитиан сплетал свою версию событий. Прочесть мысли Ксхакоруаха было невозможно — его бесформенное лицо было идеальной маской — и все же Иллитиан чувствовал по языку тела короля, что тот колеблется. Дальнейшее приукрашивание правды было прервано криками и лязгом оружия из устья туннеля, через который они вошли в библиотеку.

— Мои последователи просто обеспокоены нашей безопасностью, — пояснил Иллитиан. — Сейчас я пойду к ним и объясню, что произошло. Когда я вернусь, мы сможем подробно потолковать о том, как именно мы можем помочь друг другу, король Ксхакоруах.

Ксхакоруах опасливо пощупал свою шею и медленно кивнул.

Несколько часов спустя Кселиан, уцепившись руками и ногами, висела под одним из мостов Верхней Комморры. Она расслабляла конечности поочередно, по одной за раз, чтобы длинные мышцы не теряли гибкость за время ожидания. Рядом, на витиеватых опорах моста, безмолвно свисала стая мандрагор, напоминая колонию летучих мышей.

Кселиан размышляла о том, как переменчива может быть удача. Время, проведенное в лабиринте Черного Схождения, уже улетучивалось из ее разума. Находясь в заточении, она превратилась в неразумное создание, живущее исключительно яростью и ненавистью. Это воспоминание было размытым багровым пятном, пронизанным нарастающим предвкушением того, как однажды она освободится. Теперь, когда она снова была целой и свободной, память о пережитом уходила, словно кожа линяющей змеи.